Кот под луной. Tempore apparatus

На обочине, в уже длинной, но ещё по полуденному контрастной тени «Газели» с мигалкой, топтались медики, ожидавшие дальнейших указаний, а вокруг «бэхи» бродил Мирошник, и рисовал на планшетке схему ДТП. «Взрослеет салага, – вяло усмехнулся про себя капитан, – санитара припахал, чтобы конец рулетки держал… Ладно. Работа конечно не волк, но…».

– Гражданин Гусев, продолжайте, – голос у капитана был простуженный – сиплый и срывающийся при попытке говорить громче, – я записал с ваших слов, что сигнал светофора был желтый.

На какой скорости шли?

В зеркало было видно, как бледный, перепуганный пацан на заднем сиденье, лет двадцати, с модным, прилизанным какой-то дрянью, смешным хохолком на темечке, беззвучно шевелит твердыми губами.

– Т-тридцать… – выдавил всё-таки пацан хриплым полушёпотом.

К открытой дверке подошёл лейтенант и протянул коричневые корочки с золотой надписью «Пропуск» по дешёвому коленкору.

– Вот, осмотрел… Больше никаких документов нет.

Ещё пятьсот рублей, в пропуске… Протокол составил… Свидетели нашлись, двое… Подписались уже.

– Хорошо, что свидетели… Мобильник есть?

– Что?

– Блин, не могу громче, задолбали эти кондиционеры, ближе подойди… Мобильник есть?

– Разбился. Собрал, в пакет сложил.

– С фоткой сравнил? Его пропуск?

– Да там от лица не осталось ничего, смотреть страшно, кровища одна…

– Эх ты, Мирош-кин… Страшно ему…

– Мирошник!

– Был бы ты, Мирошкин, Мирошник, ты б, согласно историческому моменту, крови не боялся бы.

– А идите-ка вы, товарищ капитан, знаете куда! – как-то привычно обиделся лейтенант.

– Ладно, ладно… Терпи службу, – ухмыльнулся капитан, – тормозной есть?

– Двадцать два и семь. Плохо видно – «а-бэ-эс».

– Хорошо… хоть и плохо. Ну, иди, заканчивай… Не дуйся давай.

Капитан с иронией покосился в зеркало.

– Итак, тридцать километров в час, записал. Посмотрим, кто преградил вам светлый путь, Дмитрий Олегович…

– Он на жёлтый шёл!

– Да на жёлтый, на жёлтый, не волнуйтесь, я записал… Лунёв Владислав Иванович, начальник сектора… Конструкторское бюро тепловых машин… Семидесятого года рождения… Это которые движки для ракет делают, что ли? Ты смотри, Дмитрий Олегович, целый сектор ракетных конструкторов обезглавил… ФСБ, небось заинтересуется.

Угораздило вас – и меня вместе с вами… Так что, продолжим. Со всей тщательностью.

Глава 1.