Стихотворения 1977-2007

Стихотворения 1977-2007

Ирина Ковалева

Мне показалось важным включить несколько ранних стихотворений 1977–1979 гг., потому что, при всей незрелости голоса, этот голос был вполне свободен от определяющий влияний Мандельштама и Ольги Седаковой, с поэзией которых я познакомилась в 1980 г., и Бродского, которого я прочитала в конце 1980-х. Может быть, потом я всю жизнь «пробивалась» обратно к тому голосу сквозь мощные чужие – хотя и родные – голоса; не знаю, насколько мне это удалось. Судить об этом – читателю.

Стихотворения расположены не по тематическому, а по хронологическому принципу, но там, где более поздние стихи включены в более ранние разделы, это не случайность.

Ирина Ковалева

Стихотворения 1977–2007

Книга выходит так, как она была составлена

Ириной Ковалевой накануне смерти

Мне показалось важным включить несколько ранних стихотворений 1977–1979 гг., потому что, при всей незрелости голоса, этот голос был вполне свободен от определяющий влияний Мандельштама и Ольги Седаковой, с поэзией которых я познакомилась в 1980 г.

, и Бродского, которого я прочитала в конце 1980-х. Может быть, потом я всю жизнь «пробивалась» обратно к тому голосу сквозь мощные чужие – хотя и родные – голоса; не знаю, насколько мне это удалось. Судить об этом – читателю.

Стихотворения расположены не по тематическому, а по хронологическому принципу, но там, где более поздние стихи включены в более ранние разделы, это не случайность

Ранние стихи

(1977–1979)

«я шла с охапкой роз по плоскостям…»

    1977

«Октябрем испытают: сойду ли с ума…»

Октябрем испытают: сойду ли с ума,

Если непоправимо и щедро

Догорает торжественная хохлома —

Желтым лесом по черному ветру.

В тишине умирания, в октябре,

Горек воздух, дожди непролазны…

Счастье жить на Земле ощущаю острей —

Так, как смертник в часы перед казнью.

А когда слишком стянет мне душу тоска

По невысказанным, уходящим, —

Ляжет снег милосердным ударом клинка —

Отпускающим, благоволящим…

    1977

«В Москве выбрасывают ёлки…»

В Москве выбрасывают ёлки

В десятых числах января…

Печальные, как недомолвки,

Когда о боли говорят.

О старые актрисы чуда!

Им плоть разъел блестящий грим.

Их нынче выгнали оттуда,

Где прежде поклонялись им.