Напиши обо мне роман

Но, видимо, серьезные мужчины не считали, что рыжим девушкам в насквозь мокрых платьях нужна их защита.

Ну и прекрасно! Зонтик только испортил бы мое волшебное состояние – я чувствовала себя, будто на границе двух миров. Нормального, где в оранжевых окошках люди пьют горячий чай и сокрушаются, что дождь зарядил до утра. И волшебного, в котором я подумала-подумала, да и скинула босоножки, чтобы пробежаться босиком среди мокрых деревьев в темноте – не видимая ни для кого, мокрая и свободная.

Прохожие наверняка подумают, что я сумасшедшая.

Ну и что?

Осколки, которые наверняка прятались в густой траве, разбежались, когда я прошла по ней, теплой и мокрой, пропуская травинки между пальцами ног. Ощутила острый укол счастья, как от всякой вещи, что делаешь впервые, потому что раньше не приходило в голову, как это здорово.

«Это как водоросли, – подумала я. – Они колышутся в воде, и я иду по дну, а сверху только темная толща моря».

Прохожие меня больше не волновали.

Подумаешь, городская сумасшедшая! Да кто меня заметит в темноте? Я шла по траве, и мне казалось, что это самое приятное занятие на свете.

Дойдя до своего подъезда, я развернулась и решила обойти дом с другой стороны. Домой не хотелось – хотелось смеяться.

Ну точно – сумасшедшая!

Я дотронулась до ствола липы под своим окном и шепнула ей:

– Привет…

Запрокинула голову, ловя теплые капли, и крикнула в темное мокрое небо:

– Привет!

Небо ответило яркой вспышкой молнии и расхохоталось в ответ громом.

Интересно, когда я почувствую, что наигралась? Когда дождь станет слишком холодным, ступни грязными, а взгляды прохожих – неприятными? Ведь все чудеса обязательно кончаются.

Надо было сворачиваться, пока не стало поздно. Пока этот сумасшедший летний дождь бурлил вокруг радостью.

Но я никогда не умела останавливаться вовремя.

Или было уже поздно для того, чтобы передумать быть сумасшедшей женщиной под дождем, которая счастлива от того, что гуляет босиком по траве?

Если бы сейчас я вдруг оказалась где-нибудь в метро или в магазине среди людей, даже сухая и в босоножках, они бы по выражению моего лица поняли бы, что я ненормальная.

А ведь мне так долго удавалось это скрывать! Люди смотрели на меня и видели обычную взрослую тетеньку тридцати с хвостиком лет, которая никогда бы не стала бегать босиком по лужам. Это негигиенично, в конце концов!

Мы, взрослые тетеньки, очень долго учимся выглядеть нормальными.