Напиши обо мне роман

Чем заинтересовали бы? Привлекли? Удержали?

– Ну, это просто! – отмахнулась я. – Ноги от ушей, двадцать лет, глубокий отсос!

– Ты не похожа на такую… – ехидная полуулыбка вернулась на его губы. Роман протянул пальцы, чтобы коснуться моего лица, может быть, поправить прядь волос – нежным, почти трепетным жестом.

Но я уклонилась от него:

– Так я и не стремлюсь.

– Ага, – засмеялся он. – Это я тебя уламываю. Почему-то.

– Ага, – в тон ответила я. – Непонятно почему.

Он наклонился ко мне – очень близко, слишком близко.

Но так медленно, что я пропустила момент, когда могла этого избежать.

– У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться, – его шепот почти касался моих губ.

– Давай попробую… – прошептала я в ответ, ловя его дыхание, и тут же отклоняясь, чтобы на этот раз точно послать его нахер.

Без компромиссов.

Но…

– Напиши обо мне роман.

Он был слишком хорош в этой игре.

Пьянка

1

– Алис, а тебя не тяготит одиночество? – поинтересовался Мишель где-то между третьим и четвертым «лонг айлендом» у меня и шестым и седьмым бокалом пива у него.

Самое время для философских бесед.

– Нет, вообще нет. Я привыкла.

То, что Мишель додумался такое спросить, можно списать только на то, что он чертовски пьян. Мы уже третий час бухаем, а бухаем мы обычно качественно.

– А меня тяготит… – дружочек мой по перестрелкам повесил голову, пьяно опираясь на свой кулак и одним пальцем гоняя туда-сюда кучку обломков зубочистки.

Сначала он из них строил домик, а потом расшвырял по бревнышку и теперь выкладывал загадочные иероглифические конструкции.

Мы с Мишелем когда-то давно познакомились в интернет-игре, но вместо того, чтобы замутить роман, встречались, чтобы поныть друг другу о личной жизни.

Регулярно. В самые тяжелые времена – дважды в неделю.

– Я всегда была одинока, Миш. Помнишь в «Мстителях» сцену – Брюса Беннера спрашивают, в чем его секрет. Как он быстро вызывает у себя злость, чтобы превратиться в Халка? И он отвечает: «Мой секрет в том, что я зол всегда».

– Ну?

– Так вот, я с детства такая. Во дворе ровесников не было, в школе мне родители не разрешали ходить в походы с классом и задерживаться допоздна, а в летнем лагере вообще травили.

– Ты же замужем была?

– Замужем, Миш, быть одинокой еще хуже. Тебе хоть к друзьям отпрашиваться не надо.

У него рано умерла мама, и с шестнадцати он жил один.