Солнечная кошка

Четвертый этаж без лифта, безмолвные стены, сдавленные стоны, приглушенный смех, звон падающих ключей, вжатое в стену тело, бесстыдная рука, пробирающаяся под юбку, пока Артем пытается открыть дверь.

И наконец – прихожая, в которой можно уже впиться друг в друга губами, не стесняясь, задрать топик, обнажая грудь с ноющими от желания сосками, обхватить ногами его бедра и тереться о твердый бугор в джинсах.

– Кс-кс-кс… – сказал Артем, и я даже не удивилась – я тут Кошка, кто еще?

Но он смотрел мимо меня, на пол.

У наших ног вальяжно расселся, встопорщив роскошную шелковую шерсть серебристой расцветки, толстый персидский кот с презрительным выражением морды.

– Познакомься, – сказал Артем. – Это Принц. Он у нас тут главный.

Я присела на корточки и протянула руку к роскошной шерсти, в которую так и хотелось запустить пальцы. Но его высочество окатили меня ледяным презрением змеиных голубых глаз и коротко мявкнули Артему.

– Сейчас покормлю его, – засмеялся тот. – А то ведь не простит никогда.

Иди пока в мою комнату.

Я скинула туфли и с наслаждением прогулялась по старому деревянному паркету, теплому, поскрипывающему под босыми ступнями. Комнат было всего две. Общая, ремонтированная последний раз, когда меня еще и на свете не было, с восточным ковром на полу, советской стенкой, в которой за пыльным стеклом мерцал хрусталь, продавленным диваном и неожиданно новым огромным телевизором. И крошечная смежная комнатушка, принадлежащая Артему. Почти всю ее занимал огромный трехстворчатый гардероб и раскладной диван, застеленный поверх белья в цветочек поеденным молью покрывалом.

Места осталось только на письменный стол, над которым висели книжные полки, забитые медицинскими справочниками и учебниками.

Все очень аккуратное и чистое, даже учебники стояли по высоте, и никаких растрепанных методичек, ворохом запихнутых поверх книг, как у некоторых. Только на подоконнике – царство бардака. Там вперемешку валялось все то, чему не нашлось места на идеальном столе: сигареты, ручки, фишки от настольных игр, ежедневники, батарейки, презервативы, банки витаминов, новые носки и тупые скальпели.

Из-под завалов торчал уголок фоторамки, и я немножко разгребла хлам, чтобы полюбопытствовать.

На фото Артем был с высокой, почти с него ростом темноволосой девушкой. Они прижимались щекой к щеке и демонстрировали в камеру руки с кольцами на безымянном пальце. Видимо, та самая бывшая, на которой он планировал жениться.

Я закопала рамку обратно и вздохнула.