Строгий адвокат по вызову

Черт!

Я не готова!

Отдам ему деньги и пусть катится ко всем чертям!

Двери раздвинулись, и на потертый кафель лестничной площадки ступила нога в черном дорогом ботинке, натертом до блеска. Я перевела взгляд выше, скользя по лезвийно-острой стрелке брюк черного костюма, сглотнула, проскочив стальную пряжку ремня, обожглась белизной рубашки, прочертила глазами четкий край черной щетины на твердой линии челюсти.

И отшатнулась, встретившись с пристальным взглядом серо-стальных глаз.

Визитер с легким удивлением поднял одну бровь и протянул руку:

– Здравствуй… Арина.

Я Глеб. Но ты, если хочешь, можешь звать меня Евсей.

Глеб. 4

Девицу передо мной трясло от волнения.

Интересно, что ж у нее там за дело? Надо было сразу документы попросить прислать, дома во всем разобраться, а потом приехать с готовыми распечатками.

Но я ж крутой! Я ж решил порисоваться и экспромтом выдать решение, прямо на коленке собрать. Дескать – такой профи, что на лету подобные задачки, как орешки, щелкаю! А вы меня покупаете как дорогую проститутку.

И руки выкручиваете моральным долгом. Нельзя так с нами, профессионалами!

Теперь вот умираю от любопытства, а у девицы даже губы дрожат, и на внятный рассказ рассчитывать не приходится.

Ладно, все в жизни надо испытать.

Когда еще придется ощутить себя дорогой проституткой? Надеюсь, больше никогда.

Даже когда нас всех заменит нейросеть, и художники с программистами уйдут в дворники, мы, адвокаты, будем теми, кто научит людей обводить вокруг пальца даже нейросеть, и у нас всегда будет работа по специальности.

Арина вообще выглядела… странно. Какой-то халатик домашний, как будто не меня ждала в гости, а маму с пирожками и компотом. Я вообще-то ожидал увидеть капризную принцессу, зубастую акулу или избалованную шалаву. Кто еще вот так, щелчком пальцев, вызывает себе дорогого адвоката в режиме «прямщас»?

А передо мной была…

Сначала я вообще решил, что школьница какая-то. Потом присмотрелся – нет, взрослая женщина, просто ведет себя крайне неуверенно.

И ресницы накрашены криво, будто в первый раз мамину тушь стащила. Зато глаза чистые, светлые. Совсем не такие, что я привык видеть.

Мы вошли в квартиру, и я потянул носом воздух, уловив в облаке запаха модных духов Арины нотку дорогого алкоголя.

Бухает, что ли, с горя?

И верно – на кухонном столе виднелись характерные обводы бутылки «Хеннесси».

– Смотрю, дело серьезное, – кивнул я туда.