(не) идеальная пара

Тоже без маски, он довольно заухмылялся, окинув сальным взглядом Агату с головы до ног. Обернувшись на него, я споткнулась и грохнулась. Но и это не оставило возможности вернуться к девушке. По песку я уже не шла, меня банально тащили. Совсем не церемонясь и не заботясь о том, чтобы не навредить.

– После ваших игр конфетка станет потрепанной обёрткой, а я предпочитаю всё свежее, так что без меня, – послышалось от Демона тем временем, а затем он вовсе подошёл к Агате, взял за руку и, склонившись, поцеловал ладонь, как какой-нибудь долбаный рыцарь на прощание прекрасной даме.

 – Удачи, красавица, если выживешь, найди меня, развлечёмся уже вдвоём, без участия этих ничтожеств.

Вот же…

Сволочь!

И они все…

Уроды!

– Отпусти! – дёрнулась в отчаянии.

Чем я могу ей помочь?

Ничем…

Но и ничего не делать тоже нельзя.

– Не трогайте её! Не надо! – взмолилась во весь голос. – Пожалуйста, не трогайте её! Нельзя! Не надо!

Ни один не реагировал.

Меня всё также тащили прочь. На глаза наворачивались жгучие слёзы, я кричала, брыкалась, как могла, в своих бессильных попытках вернуться к ней. А вскоре обзор на них перекрыл злосчастных фургон, когда мой конвоир свернул к шатру, находящемуся по левому краю лагеря. Там, внутри, и правда, меня ждала клетка. Как и Селену. Для каждой – своя. В отличие от браслетов на запястьях, совсем не золотые, самые заурядные, местами ржавые и грязные с надёжными решётками и здоровенными замками, прочно закрыв которые, нас оставили одних, в темноте.

Глава 2

Алексия

Ещё никогда в своей жизни я так не ждала наступления рассвета. Глаза быстро привыкли к темноте, но расправиться с замком, как и с браслетами, не удавалось. Только пару дополнительных синяков заработала. Мысли об Агате ухудшали все мои тщетные попытки заполучить освобождение. Ничего не осталось, как с досады ещё пары раз пнуть по стальным прутьям.

– Утром нас хватятся и начнут искать, – произнесла я вслух.

Больше для самой себя, нежели для Селены, чтобы найти хоть какое-то утешение во всём этом. Да и девушка никак не отреагировала. С тех пор, как нас здесь заперли, ни слова не проронила, забившись в угол, обняв обеими руками колени, притиснув те ближе к себе в полусогнутом положении.

– Что он тебе сказал? – напрягаюсь снова.

Слишком уж тихая. Да и вообще странно себя ведёт, начиная с момента пробуждения.