Покоренное сердце

Но в следующее мгновение она виновато опустила глаза, сверкнувшие черным жемчугом.

– Простите, сеньор, – выдавила девушка. – Но я же не могу ходить столько дней в одной одежде, ведь у меня нет своих вещей.

Черт побери! Она права. Ему не стоило так реагировать на ее проделки.

– Это вы простите меня, Стелла, – мрачно проговорил Фрэнсис, окинув испанку быстрым взглядом. – Я совсем забыл об этом. И прошу вас, не обижайтесь на меня.

Стелла вздернула головку и посмотрела ему в глаза, в которых читалась нескрываемая злость.

– Скажите, чем обязана вашему вторжению?

– Милочка, похоже, вы забыли, что это моя каюта. – Его губы скривились в усмешке. – И я могу находиться здесь тогда, когда захочу.

– Безусловно, – кивнула она в ответ, но тут же возразила: – Однако вы же уступили ее мне.

– Вовсе нет, – холодно отрезал он. – Теперь я намерен делить каюту с вами. Мне ужасно надоело скитаться по чужим углам. И вам придется привыкнуть к моему обществу, если не хотите оказаться в трюме.

Уж лучше в трюме, чем быть в одной каюте с англичанином.

– Что ж, весьма рад, что вы согласны, – сказал Фрэнсис, устало опускаясь на диван.

Он обвел каюту взглядом, задержав глаза на высокой прическе девушки. Ее длинные иссиня-черные локоны змейкой ниспадали на плечи, прикрывая кружевной воротник рубашки.

– Куда это вы собрались, Стелла? – полюбопытствовал мистер Броун минутой позже.

– На встречу с мистером Крэнфилдом.

– Зачем? – Глаза хозяина каюты впились в лицо испанки.

– Как зачем?! – удивилась она, уставившись на него. – Изучать английский язык, разумеется.

Боже мой! Он совершенно забыл, что поручил своему другу заняться с испанкой английским языком. Как он мог не помнить этого? Наверное, из-за болезни.

– Разве вы еще не усвоили наш язык? – спросил Фрэнсис, чтобы как-то оправдать себя в ее глазах.

– Это весьма трудно, сеньор, – заявила испанка. – Но я стараюсь.

– Ну конечно! – рявкнул Фрэнсис, метнув на девушку колючий взгляд. И живо закончил по-английски: – Если судить, что вы вовсе не изучением языка занимаетесь вместе, а черт знает чем.

– Что вы сказали, сеньор? – мгновенно поинтересовалась Стелла.

– Ничего хорошего для ваших ушей, – буркнул он, переходя на испанский язык и находясь во власти безумной ревности.

Стелла решила не обращать внимания на слова купца и, отвернувшись от него, прошлась по каюте.