Богиня из сна

Когда они подошли поближе к столу, от волнения Кристина с треском закрыла веер, тем самым обратив на себя внимание игроков. Мадам де Монтеспан и маркиз де Моне улыбнулись ей, а граф де Фэрмонт бросил на неё колючий взгляд, отчего её сердце учащённо забилось. С трудом сохраняя спокойствие, она стала следить за игрой.

Ставки бешено росли, и проигравшие быстро выбывали из игры. Первым покинул игроков виконт де Ла Марш. За ним поднялась мадам де Монтеспан. Ей не повезло в этот вечер. Через силу улыбаясь, она с достоинством удалилась в отведённые покои, куда с минуты на минуту должен был прибыть король.

В конце концов за столом остались только граф де Фэрмонт и маркиз де Моне, державший в руках новую колоду карт. Хотя они и не были врагами, но соперничали во всём.

Неожиданно Кристина услышала шёпот придворной дамы:

– Сегодня маркизу необычайно везёт. Я уверена: он до нитки обдерёт беспутного графа, у которого и так пусто в кошельке!

Мужской голос рядом тут же заметил:

– Картёжный туз вполне заслужил этого.

– А мне жаль графа, – раздался сзади сочувствующий женский голос. – Ни для кого не секрет, что он по уши в долгах.

– Да, – подтвердила её подруга. – Говорят, бедняга, заложил даже родовое поместье, чтобы рассчитаться с атаковавшими его кредиторами.

Барон дю Танж, наблюдавший за игроками, рассмеялся:

– Сдаётся мне, его светлость пытается этой игрой поправить свои финансовые дела.

– Видимо, так, – кивнул другой мужчина, незнакомый Кристине. Дамы весело захихикали.

Кристину передёрнуло от их насмешек. Сердце её сжалось. Однако, вспомнив о денежных затруднениях графа, она улыбнулась. У неё затеплилась надежда. Без сомнения, её богатое приданое спасёт его от полного разорения. Только он равнодушен к ней. Значит, ей надо добиться его любви.

– Вы играете, граф? – чётко прозвучал вопрос маркиза де Моне.

– Конечно, – ответил тот.

Голоса игроков вывели Кристину из раздумья. И она постаралась сосредоточить внимание на их игре.

– В таком случае игра продолжается, – улыбнулся маркиз де Моне. – Выбор ставки за вами, граф.

– Прекрасно! – Красивое лицо Леона прорезала дьявольская усмешка. – К вашему сведению, меня нисколько не интересует высокая ставка. Поэтому ставлю на то, маркиз, чтобы ваш первенец был у моего сына год пажом.

С минуту в зале стояло гробовое молчание. Когда же шок наконец прошёл, взоры придворных обратились к маркизу.

– Что ж, я согласен, – сухо бросил Анри.