Пленница песчанного альфы

Но та снова проигнорировала мой вопрос.

– А если я одну из ваз разобью, и осколком горло тебе перережу, тоже молчать будешь? – закономерно разозлилась я, хотя, разумеется, просто пугала девушку. – Или просто перегрызу тебе его, – добавила, оскалившись.

И даже то, что я хватку снова усилила, совсем не сработало. Если ещё надавлю, вероятно, руку ей сломаю. Блондинка чуть поморщилась от излишне болезненных ощущений, да пульс заметно участился, выдавая страх, но более никак не показала своих эмоций. Голубые глаза по-прежнему смотрели мимо меня.

– Немая она, – пояснил. – Без языка. Так что отпусти девочку и веди себя смирно, пока никто не пострадал.

– Например, я? – бросила встречно.

Ну а что? Голова-то есть. Кивать может. Так что и ответить тоже может. Немая – совсем не повод динамить мои вопросы.

– Это не нам решать. И не тебе. Придёт хозяин, у него и спросишь.

– Хозяин? – ухватилась за обращение, так и не отпустив девушку.

– Сказано же, хозяин сам расскажет, если посчитает нужным, – не поддался он на провокацию, зато шагнул ближе. – Отпусти девочку. Она просто исполняет веление. Не заставляй делать больно тебе в ответ.

– Ты хоть в курсе, кому ты сейчас угрожаешь? – усмехнулась я в ответ.

Но пальцы всё-таки разжала. Да и вопрос задала скорее для того, чтобы просто определить его реакцию, нежели напоминая о защите Верховного. Возможно, это тоже поможет с тем, чтобы понять, к кому я попала.

– Может быть, там, – кивком указал он в сторону выхода, – ты и являешься кем-то, а здесь ты такая же рабыня, как и все другие. Не усложняй ни нам, ни себе жизнь. Веди себя достойно, и тогда, может быть, тебе повезёт, и хозяин вознаградит тебя ответами на все твои вопросы.

Не на такой ответ я рассчитывала, когда о своём статусе упоминала. Совсем не на такой.

Воздух вышибло из лёгких, будто удар под дых.

Рабыня…

Как и все другие!

Твою ж…

Куда я попала?!

На ум навязчиво напрашивались воспоминания о карибском побережье и островах в карибском море. Место – где обитали оборотни, которых в своё время изгнали за какой-либо проступок. Не была там никогда. Но многое слышала. И ничего хорошего. Там хоть чья душа – ломаного гроша не стоила. А тела продавали ещё дешевле. Рабство процветало там до сих пор.