От любви

Он слегка свел брови и смерил меня коротким взглядом, словно я что-то глупое сказала.

– Пусть там и остаются. Наверху в твоем распоряжении целый гардероб.

Мужчина не спеша развернулся и направился к лестнице, намереваясь уйти, но я упрямо возразила ему в спину:

– Нет!.. Мне нужны мои вещи.

Он сурово глянул на меня из-за плеча, не понимая, какая паника пронеслась по моим нервам. Эти вещи – все, что я имела. Единственная связь с моим прошлым, о котором я ничего не знала, но которому доверяла! И меня напугало, что я лишусь их.

Черные глаза хозяина дома резко переместились с меня на Луизу.

– Я, кажется, сказал, что вам делать.

Она тут же услужливо кивнула и протянула ко мне свою полную руку.

– Мариям, будьте благоразумны…

– Нет! – громко выдала я, отпрянув от нее и нервно скрестив руки на груди. – Я н-никуда не пойду без своих вещей!..

Говоря это, я никому не смотрела в глаза. Потому что была одна среди чужих и равнодушных людей. Тело пробивало мелкой дрожью, а в животе скручивался страх, что моя попытка отстоять свое желание, которое казалось мне очень важным, слишком слаба.

В груди неприятно дернуло, когда я уловила, что мужчина приближается ко мне. Он встал прямо передо мной, и все внутри подобралось, натянулось струной, которая, казалось, вот-вот лопнет! Неожиданное прикосновение к руке заставило вздрогнуть. Не спеша, но настойчиво хозяин дома крепко обхватил мою ладонь и спокойно встретил мой взгляд, в котором отразилось отчаяние. Не сказав ни слова, он потянул меня за собой, а я не поняла, как мои ноги послушались…

Муж надежно держал мою руку, поднимаясь по лестнице, проходя по длинному коридору с высокими потолками и заводя меня в одну из дверей.

Я толком не видела ничего перед собой – все слилось в пятно из-за слез собравшихся в глазах. Но я поняла, что мужчина привел меня в спальню. Большую, идеально убранную и дорого обставленную, как и все в этом доме.

Мою руку, наконец, отпустили, и я неловко застыла где-то у окна, бегло осматривая обстановку из-под ресниц. А хозяин дома не торопился уходить.

– Так будет всегда, – раздался его сдержанный голос с налетом предостережения. – Я не стану повторять, Мариям. Я буду делать – имей это в виду.

Нервно стиснув пальцы, я продолжала упорно смотреть в одну точку и изо всех сил сдерживать ком в горле.