Столкновение

– Я имею в виду отношения, – поясняю поспешно. – Настоящие. Ну, знаешь, там, цветочки, конфетки, прогулки за ручку, пожелания спокойной ночи, кофе по утрам в постель и совместные пикники на выходных…

Мужчина слегка прищуривается, призадумавшись. И явно о чем-то своем.

– Нет, а что? – выдает в итоге.

Что-что…

– Оно и заметно. Романтика – точно не твое, – усмехаюсь, прежде чем направиться вперед.

И самой интересно становится, что это за глушь, в которую он меня снова привез… Свет вспыхнувших прожекторов – слишком неожиданный и яркий, ослепляет.

Я зажмуриваюсь, прежде чем оглядеться вновь. Нет, снаружи все выглядит точно так, как определяю поначалу. А вот внутри, как только передо мной открывается дверь из пластика и стекла… Огромное единое пространство похоже на какой-нибудь старый цех. Несущие опоры из бетонных столбов определенно нуждаются в ремонте, хотя цементная стяжка под ногами явно довольно свежая. Почти идеально ровная даже. Противоположная от входа стена завешана матовой пленкой, поэтому едва ли удается в достаточной степени различить, что за ней находится. Но, кажется, окна. Витражные, высокие, от пола, почти до самого потолка.

– И что мы здесь делаем? – возвращаю внимание к своему сопровождающему. – Учти, в ремесле штукатура я не сильна, – предупреждаю с очередной усмешкой.

Смоленский на мою реплику понимающе улыбается.

– Я тоже ни черта не смыслю в штукатурке, так что пусть лучше этим займутся профессионалы.

Больше ничего не говорит, жестом приглашает следовать за ним.

Я успеваю насчитать чуть больше трех сотен шагов в длину помещения, прежде чем Тимур открывает передо мной очередную дверь, тоже из пластика.

– Ого, – срывается с уст само собой, едва в новом помещении зажигается освещение.

Со всех сторон – не иначе как царство стали и гранита. Поделенное на несколько условных зон, со множеством как вполне обыденной, так и не совсем понятной мне техники, это… профессиональная кухня. Как в каком-нибудь элитном ресторане.

– Что это? – заинтересовываюсь первым «приглянувшимся» неизвестным.

– Пароконвектомат. Вполне заменяет плиту, фритюрницу, жарочную поверхность, духовой шкаф и аппарат для расстойки. В случае необходимости, – отвечает Смоленский, проходя дальше, к здоровенной холодильной камере.

– А это? – тыкаю в другой аппарат из металла.

– Мармит. Сохраняет заданную температуру пищи, – отзывается брюнет, попутно вытаскивая какие-то пластиковые контейнеры, оставляя их на разделочном столе.