Заводное сердце. Девочка из ниоткуда

Я не знаю, что она сделает, но таких подлых натур еще свет не видывал. Будь внимательной, старайся не говорить лишнего… Особенно про князя Кручинина, – заметив, как побледнела Варя, Алиса замотала головой и поспешила добавить: – Нет-нет, мы думаем так же, как и ты, но в Цареграде очень жестокие порядки. Один донос – и появятся Блюстители. – Алиса понизила голос: – А они так просто не отстанут.

– Я постараюсь быть осторожнее.

– Ох! – Фани взглянула на хронометр и вскочила с кресла. – Нас сейчас хватятся!

– Еще успеем наговориться, – подмигнула Алиса.

 – Раз мы теперь официально друзья.

– Конечно, успеем! – Варя благодарно улыбнулась.

У дверей девушки обнялись на прощание, а потом разошлись по спальням. От всех переживаний Варя едва стояла на ногах. Побросав одежду на пол, она рухнула в постель и тут же уснула.

Полозов приехал домой в одиннадцатом часу и заперся в кабинете. Из головы у него не выходило происшествие в столовой. Интуиция не обманула инспектора – с Варварой Чудариной и впрямь было что-то не так.

Вернее, с ней все было не так: ее туманное происхождение, фальшивая биография, странные способности. И эта внезапная вспышка…

После опроса девочек стало понятно, что новенькая вышла из себя, когда заговорили о Елисее Кручинине. С чего бы вдруг?

Инспектор уселся за необъятный письменный стол. В нижнем ящике лежал старый дагеротип в тонкой рамке. Полозов посмотрел на карточку с ненавистью. «Ты всегда и во всем меня обходил, – подумал он. – Учеба, деньги, внимание женщин.

Даже Альянс! По какому праву именно тебе выпала такая честь? Но теперь это все неважно, – лицо инспектора исказила злорадная ухмылка. – Где ты теперь, Елисей? И где я…»

Полозов откинулся на спинку кресла, и перед глазами ярко вспыхнуло воспоминание – еще свежее, не истершееся от времени.

Раскрывается тяжелая дверь, на пороге – князь Кручинин. Подтянутый, в свежей рубашке и новом шелковом жилете. Волнистые каштановые волосы зачесаны назад, лицо румяное, светло-серые глаза лучатся радостью.

– Гордей! – Князь кидается к гостю и сжимает его в объятиях. – Это ты! Как же я рад…

– И я… Не знаю, сможешь ли ты простить меня за то, что оставил тебя одного в таком страшном горе, но я совершенно не имел возможности вырваться… – Полозов отстраняется, с недоверием глядя на князя. Шесть месяцев назад погибли его жена и единственная дочь, Полина. Рухнул новый сверхскоростной дирижабль «Аргест», который Кручинин спроектировал сам.