Кая. Зов Пустоши

Я встрепенулась, может быть, все же успеем добраться к двери.

– Тоби, бежим! Пустошь пробила щит храмовников! – я прокричала это на ходу, перепрыгивая на рабочий стол лекаря, его самого я не видела.

– Если измельчить все в первозданную пыль, – его огромный нож мелькнул в сантиметре от моей ноги, – может быть, я смогу найти первоэлемент, ведь должна же быть частица, из которой боги нас создали?

– Какие боги! Тоби! Мы сейчас умрем, к черту эту свечку, побежали!

– Побег в сути своей бесполезное занятие, ты все равно не можешь сдвинуться с мертвой точки константы своего сознания.

Бежать от чего? От инстинктов, заложенных природой в наш мозг, или от напыления культуры, которое мы зовем самосознанием?

Я уклонилась от огромного тесака, он рубил уже стол. Кресло, место моего недавнего укрытия, уже ухнуло в пропасть. Я в ужасе встряхнула лекаря за плечи, пачкая в своей крови.

– Нужно БЕЖАТЬ!

– Некуда бежать в бесконечной пустоте, – он обреченно вздохнул, убирая мои руки. – Открой глаза, здесь ничего нет.

Ты же видишь, я измельчаю, измельчаю, и что в итоге? ПУСТОТА. Лишь воображение пространства. Если посмотреть вокруг, здесь ничего нет! И никого нет! И меня тоже нет! Я улетевшая мысль отзвучавшего света.

Его очки покрылись миллиардом трещин, я смотрела на них в ужасе, боясь, что вот сейчас они лопнут, и из них тоже побежит эта мерзкая все разъедающая слизь.

– Тоби, – почти простонала я. Мы не успевали, бездна ширилась быстро.

– Включи на максимум ретранслятор в своей голове, он способен ловить лишь заданные узконаправленные волны, преображая энергию, превращая в то, что ты называешь реальностью.

Наши реальности никогда не совпадут! Каждый мозг – ретранслятор, работает со своей погрешностью. Тебе никогда не увидеть реальность. Тебе не увидеть даже реальность другого ретранслятора. Мы все в пустоте.

Его очки лопнули, разлетаясь на миллиарды крошечных осколков. Стол провалился в бездну, туда же улетел и гигантский тесак лекаря.

Глаза мужчины светились кристально-голубым светом пустоши, он улыбался.

Осыпалась кладка перед нами. Из бездны бил белый свет, и сквозь этот свет ко мне шел волк. По-прежнему в бездонную воронку ссыпалось все пространство, но на Дыма эти законы не действовали, волк уверенно шел ко мне через пустоту, в его зубах была потухшая свеча.

– Дым! – успела прокричать я, прежде чем пол подо мной осыпался, и я провалилась в белое ничто.

– С ней все в порядке, только рука повреждена, – голос отдалился.