Чаги

– Так вот почему… – начала было Аня, но осеклась.

Ей совсем не хотелось, чтобы он знал, что его привычка прятать лицо за козырьком бейсболки и темными очками настораживала и выглядела подозрительно. Но он, кажется, понял.

– Ты права – не люблю, когда мне докучают незнакомые люди или показывают пальцем. Но это происходит все чаще. А многие еще пытаются сфотографировать. Настоящее безумие!

– А этот Ди Ди очень на тебя похож?

– По-моему, совсем не похож.

– Тогда почему тебя с ним путают?

– Наверное, потому что он такой же «красавчик», как и я.

– Теперь ты будешь всегда это повторять? Подожди! А ведь она еще что-то сказала. Подошла ко мне и как-то странно тебя назвала… что-то похожее на «рено» или «рамён»…

– «Рено» или «рамён»? – Илюша засмеялся.

– Не смейся! Я же говорила, что не запоминаю странные имена.

– А ты уверена, что это имя?

– Ни в чем я не уверена. Совсем запуталась… Глупость какая! По-моему, очень странно уже то, что эти школьницы знают какого-то современного китайского актера.

Я вот никого не назову, кроме Брюса Ли и Джеки Чана.

– Какие же фильмы ты смотришь? – Илюша засмеялся еще веселее. – Ди Ди страшно популярен.

– Даже у нас?

– Он снимается в романтических сериалах; наверное, их и на русский переводят.

– Господи, что за бред! Кто станет смотреть китайские сериалы?

Илюша в недоумении покачал головой.

– Ты чудовищно неполиткорректна!

– Ничего подобного! – воскликнула Аня, слегка задетая его замечанием. – Я тоже кое-что знаю. Я прочла роман… ну хорошо, половину романа «Сёгун» и люблю фильмы Вонг Карвая.

И еще, между прочим, «Записки у изголовья» Сэй-Сёнагон – одна из лучших книг, которые я читала!

– Молодец! Вонг Карвай – давно всеми признанный классик мирового кинематографа, «Сёгун» написан американским автором лет пятьдесят назад, а «Записки у изголовья» – безымянной японкой в Средние века.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Что ты ничего не знаешь о современной Азии.

– Это потому что я не знаю, кто такой Ди Ди?

Илюша продолжал смеяться, но Аня вдруг заметила в нем неожиданную перемену.

Он казался взволнованным, шутил и жестикулировал, как человек, находящийся в сильном возбуждении.

– Прошу, не дуйся! Не хочу уходить, когда ты рассержена.

– Уходить? – удивилась Аня.

– Да, – он кивнул на телефон, который все еще держал в руках, и виновато улыбнулся. – Как я и думал – неотложные дела.

– Это из-за звонка? Что-то случилось?

– Возможно, мне предложат новую работу.