Делить тебя

– Ой! – руки Игоря обвивают меня за ноги, и он прижимается лицом к животу, дотрагиваясь губами до прикрытого тонкой тканью лобка. И я теряю равновесие, хватаюсь за его плечи и нависаю над ним.

– На тебе нет нижнего белья, – хрипит он, поднимая на меня потемневшие глаза.

– Нет, – подтверждаю я, чувствуя, как начинают гореть уши от стыда, уязвимости и нездорового возбуждения. Но не успеваю объяснить, как он скалиться и снимает меня со стула, прижимая к телу и спуская на пол.

– А как же дресс-код?

– Просто я…

– …хочешь меня? – он обхватывает руками меня сзади и прижимает вплотную, что я чувствую, как меня хочет он.

– Игорь, не делай этого!

– Так останови?..

* * *

Игорь

У Янки шикарная задница и тяжелая рука. Это профессиональная оценка мастера спорта по боксу и плейбоя, все еще пользующегося спросом.

Я не ожидал от нее оплеухи, поэтому пропустил выпад. Щеку жгло, помощница выскользнула из рук и шустро спряталась за стулом, пока я совмещал две реальности.

– То есть, нет?

Она отчаянно замотала головой, закусив дрожащую губу.

Видно, что еле сдерживается от слез. Я не мог поверить. Если её целью было не моё соблазнение, то какого хрена?

– Тогда что всё это значит?

Яна всхлипнула, потом еще раз и, твою мать, разрыдалась, сев на злосчастный стул и спрятав лицо в ладонях.

– Я не готова… К маме лучше… ах-хх-а… уеду. Или вернусь… на-ах… квартиру.

Блять. А начиналось так прикольно. Утро. Сиськи в красном шелке. Предвкушение обеда. Запах… Черт, её оглушающий запах! Когда я прижался к ней, разглядел секси-треугольник под подолом, прижался губами там… где еще ниже самая сладкая щелочка… И этот запах! Пахнет бесподобно, умудряется только этим крушить мою волю и терпение…

Налил из кулера воды и передал ей стакан.

– И салфетки… Пожалуйста?

Конечно, у меня же полный ящик салфеток, потому что в моем кабинете заведено реветь.

Сарказм.

Вышел в приемную, перевернул её стол, вспомнил пару крепких выражений, но все же нашел носовые платки.

Оседлал стул напротив, дожидаясь, когда успокоится и будет в состоянии говорить.

Прошло минут пятнадцать, когда Яна наплакалась, и я тоже успокоился.

– Теперь поговорим?

Кивнула. Отлично.

– Ты с моим братом, но приходишь на работу в провокационном платье. Что я должен думать?

Яна невесело хмыкнула.

– Это самый скромный наряд из заказанных тобой…

Хм.

– Допустим. Но ты знала, какую реакцию вызовешь у меня, когда проигнорировала нижнее бельё.