По праву сильнейшего

Сказала бы я…

И сказала. Правда не то, что хотелось.

– Если хочешь, чтобы я начала отвечать на твои вопросы, начни сперва своевременно отвечать на мои, – вернула ему сказанную в кафе фразу и действительно отвернулась.

Но успела заметить, как усмешка на его губах стала шире. Ну да, очень весело. Обхохочешься просто.

– Мы уже встречались с тобой прежде. Две недели назад, – произнёс. – Что, не запомнила?

Замерла, переваривая его слова. Неужели, правда? Или специально сказал, ради какой-нибудь проверки? Чтобы успокоить…

– Не моя вина, что ты такой незапоминающийся, – выдала по итогу, сделав вид, что занята рассматриванием неба в иллюминаторе.

Нет уж, не поведусь на такую провокацию. Потому что, если бы я его раньше видела, то точно запомнила. Слишком незабываемая внешность, чтобы пропустить мимо сознания.

Кайл… промолчал. Об этом. Заново запустил пальцы в мои волосы. Вернулся к прежней теме.

– Так зачем перекрасила?

Вот сдались ему мои волосы…

Мог бы хотя бы не трогать.

У меня может голова – чувствительное место! До мурашек по всему телу. До прикрытых глаз и мысленного мурчания. А он всё трогает и трогает. Отчего меня уже в дрожь бросать начало. Чего он, слава богу, не замечал. А что до его вопроса…

– Просто захотелось вернуть родной цвет, – ответила честно.

И вот уж чего не ожидала, так услышать на это:

– А колледж? Тоже захотелось? – поинтересовался он негромко. – Самой. Именно медицинский.

Я всё-таки развернулась обратно к нему.

– Почему нет? Мне нравится познавать мир. А человек – это до сих пор самый богатый и неизведанный во многом мир.

Ладонь в моих волосах замерла. Немного погодя прикосновения вовсе исчезли, а Кайл помрачнел. Как и я недавно, уставился в иллюминатор. И не знаю почему, но его настроение проняло до глубин костей. Захотелось обнять, опять уткнуться носом в его шею и всё-таки поцеловать. Чтобы изгнать из него тьму, что пробудили мои слова.

В очередной раз ощутила себя виноватой.

– Ну, возможно, ещё немножечко потому, что моя мама – известный на весь мир профессор в области генетики, и я хочу быть её достойной, – призналась куда тише.

Он вновь усмехнулся. На этот раз жёстко.

– Об этом можешь забыть, – проговорил хмуро. – К тому же вряд ли у тебя будет столько свободного времени, чтоб, как твоя мать, учить этой ахинее чужих детишек, когда у тебя совсем скоро будут свои.