Просто жизнь… Сборник рассказов

Спросил о цели визита.

– Еду к себе домой, – ответила я, не задумываясь.

– Но ведь вы же живете в Израиле? – в свою очередь удивился он.

– И что?! Мой дом в Украине, в России и в Израиле. В каждой из этих стран прошла часть моей жизни.

Он удивленно посмотрел на меня, и в его взгляде я прочла, что все эти иностранцы – странные люди. Молодость, что с нее возьмешь… Удивление прощаю, а вот «иностранца» – нет.

Гостиница оказалась очень чистенькой и уютной. Главное —в центре города.

Было такое ощущение, что страна застряла где-то в восьмидесятых после развала Советского Союза, но встречаются островки и современной цивилизации.

Вечером пошла гулять по городу. Всматривалась в дома, улицы, лица, как будто пыталась узнать, не проплывает ли мимо моя мариупольская жизнь. Драмтеатр стоит на месте, хотя в сквере давно нет памятника Жданову. Много лет город был переименован в Жданов, но потом опять возвратились к Мариуполю.

Часто меня спрашивают: Мариуполь – это захолустье, забытый Богом город.

Что вы там забыли? Странно это слышать. Судьба этого города, основанного греками и имеющего преимущества, дарованные императорами, очень интересна.

Но для меня – это начало моей жизни, моей судьбы. Здесь еще живы родители, молоды и красивы. Я еду на Левый берег города, который отделяет речка Кальмиус. Проезжаем мимо завода «Азовсталь». Запах ужасный, трубы завода – и не только этого – в буквальном смысле травят город и горожан.

Раньше завод часто штрафовали за это, они ставили фильтры. Сейчас, видимо, некому им указывать, а очистка стоит дорого, поэтому и травят жителей.

Те, кто годами работал на заводах города, уже не чувствовали этот запах. Наш сосед через много лет поехал на Кубань, откуда был родом. Вдыхал воздух чистый, пить его можно было горстями. Однако долго не смог им дышать, легкие были уже разрушены. А сейчас эта вонь расстроила, такой город портят. И, видимо, безнаказанно.

Вот и знакомый переулок Аносова. И наш дом. 24 года меня здесь не было. Я подошла к подъезду, увидела разрушенные скамейки прямо перед домом… Раньше жильцы этого дома не ждали помощи коммунальных служб, все делали сами. Разве они допустили бы такие лавки? Но, к моему большому удивлению, на скамейке сидела… я сама, только на пятьдесят лет моложе.

Побывала на кладбище, где похоронен папа Марк – Миша, как его ласково все называли.