Просто жизнь… Сборник рассказов

Ему было странно восприятие коренными израильтянами выходцев из России. Какое-то непонимание возникло между ними, и его не стирали даже годы жизни бок о бок. Но Адам твердо решил, что женится только на Еве.

Они поступили в университет, правда, на разные факультеты. Она – на преподавателя музыки, он – архитектора. Адам настаивал на свадьбе. Ева решительно уходила даже от обсуждения этого вопроса. В его среде без этого нельзя иметь настоящую семью, детей, а он не только любил Еву, но и уважал ее, хотел защитить от всего мира.

Однажды он решился поговорить с матерью, но та в ужасе замахала руками: даже не думай! И с того дня стала сватать ему невест, чтобы сын быстрее женился, забыв о своей «русской». Но он упрямо стоял на своем. Уже всех сестер выдали замуж, а он все ходил в холостяках.

В очередной раз в Израиле зазвучали сирены – никак соседи не хотели жить мирно, хотя страна никогда не начинала первой. Люди, живущие здесь, хотели спокойно растить детей, внуков, работать, петь, веселиться…

– Я решил пойти в армию, – сказал он ей однажды вечером.

 – Я мужчина и должен защитить тебя и своих родных, землю, на которой мы живем.

Она ничего не ответила, только тяжко вздохнула. Прощаясь, они долго стояли молча, обнявшись, отгородившись от всего мира стеной. В любви слова часто бывают лишними.

Они не виделись целых две недели, которые показались им вечностью. Заскочив домой, он прибежал к ней в университетское общежитие, и они остались на ночь вдвоём, благо было лето, и студентов не было.

Это была их первая ночь любви, которая оказалась волшебной и неземной.

Прошел месяц, обстановка была сложной, они перезванивались каждую свободную минуту, пока однажды на его мобильном не прозвучал чужой мужской голос. Ева даже вздрогнула от неожиданности.

– Кто это? Где Адам? – а сердечко уже готово было вырваться из груди.

– Не волнуйтесь, он ранен, доставлен в госпиталь.

– Куда? В какой?

Она примчалась туда, но в больнице ей сказали, что у него в палате мама, а больше никого пустить не могут.

Она примостилась в кресле в коридоре и стала ждать, когда можно будет увидеть его хоть на секунду. Потом на минутку увидела его странное неподвижное тело под простыней и лицо, незнакомое. Его повезли на операцию.

Она видела его маму, седую, постаревшую от горя, но не решалась к ней подойти. Что она скажет? Кто она такая?

В больнице ее приметили, и все стали подкармливать, даже нашли место для ночлега в сестринской.