Княжна для викинга. Книга 2

С виду гридница была скромна: не имела широких гульбищ и высоких башен. Но Годфреду здесь нравилось больше, чем в избах покойного князя и его также преждевременно почившего сынка.

Ясыня зашла вслед за Годфредом в гридницу и огляделась. Здесь не было ни ваз, ни кувшинов, ни даже ковров. Стены украшали мрачные и прекрасные клинки разных размеров и форм.

– Какой большой нож…– Ясыня не отрывала взора от короткого меча всего в локоть длиной. Его лезвие было массивным, почти в фалангу толщиной и шириной в три пальца.

– Это скрамасакс, – пояснил Годфред, наблюдая за Ясыней, восторгающейся его собранием оружия.

– Он украшен? Как красиво…– Ясыня умела ценить красоту, даже если ею не являлись вышивки и ткани с узорами. Орнамент на мече был выгравирован поистине искусной рукой. – Можно посмотреть?

Годфред снял со стены меховые ножны, извлек из них величественный скрамасакс и протянул его своей гостье. Этот клинок был меньше привычного меча и смотрелся в руках Ясыни уместно.

– Какой тяжелый, – заметила Ясыня, попутно разглядывая рукоять меча, выделанную в виде головы ворона.

– И очень удобный, – подчеркнул Годфред. – Его используют в паре с обычным мечом. Он может проткнуть любую кольчугу и кожаный доспех.

– Я не рассматриваю оружие с этой стороны, – призналась Ясыня, не отличающаяся кровожадностью. – Мне нравится, как оно выглядит и все.

– Ну а когда стреляешь из лука, кого же ты представляешь? – поинтересовался Годфред.

– Никого. Просто стреляю в цель, – ответила Ясыня, вернув Годфреду его оружие.

 – Я раньше не видела такие ножны…– кивнула Ясыня на ножны, в которых был скрамасакс. Они имели бронзовые накладки с причудливым орнаментом и три кольца, через которые был продет ремень. – Почему узор только с одной стороны? У мастера не хватило времени доделать работу до конца?

– Узор лишь с одной стороны, поскольку скрамасакс носится на левом боку. Вот здесь, – Годфред не упустил момента приобнять Ясыню, приложив к ее бедру необычный коротенький меч.

– Понятно, понятно…– Ясыня поторопилась вернуть хозяину его ценности, даже не рассмотрев до конца узоры.

С виду все было пристойно, жених не позволял себе распускать руки. Но осторожная Ясыня все-таки раскусила замыслы Годфреда, который весь вечер норовил прижаться к ней под тем или иным предлогом. – Все ясно, можешь повесить обратно на стенку…

– Можно тебя поцеловать? – неожиданно спросил Годфред у Ясыни.

– Ам…Нет, – колебания Ясыни опытный глаз заметил бы сразу.