Загадка смерти бой-бэнда

Интересно, нас трясет от волнения или, может, от трех чашек кофе, которые мы выпили с утра, чтобы согреться?

– А ты чем займешься, пока я буду там? – спросила я в который раз, надеясь, что она придумала ответ получше, чем «Посмотрим, как пойдет».

– Посмотрим, как пойдет, – услышала я.

Так, не паниковать!

– Не паникуй! – добавила она.

– А я и не паникую.

Я не могла решить: то ли мне злиться, то ли быть благодарной, что она так хорошо меня знает.

– Еще как паникуешь, да еще и без повода. Все со мной будет в порядке.

Ты явно не единственная, кого они пригласили. Если кто-то спросит, я просто скажу, что пришла на свое собеседование раньше времени. Уж поверь: в такие времена у них связь налажена хуже некуда, никто не станет проверять, правду я говорю или нет.

– Почему ты так уверена?

– А помнишь, как на днях мы проникли на страшно секретную пресс-конференцию, причем сделали это еще до завтрака?

Ну да. Она права. Я ей так и сообщила.

– Знаю, – ответила Джэз, – я права, так что заткнись.

Здание стояло в стороне от дороги и казалось совершенно пустым даже утром буднего дня. Окна снаружи были затемнены, скрывая то, что происходит внутри. Выглядело это устрашающе, особенно по контрасту с сияюще-белой штукатуркой под камень. Офис словно не знал, каким хочет быть: гламурно-минималистическим или надежным и уютным, как дом в пригороде. Как странно, подумала я, весь смысл «Чистого пиара» в том, чтобы решать за людей, какими они должны быть, и превращать их в этот образ.

Я ожидала, что головной офис менеджмента Half Light бурлит жизнью, что люди снуют туда-сюда, вооруженные планами, как спасти Фрэнки. Однако мои представления оказались как никогда далеки от реальности. Не знаю, успокаивала меня тишина или пугала еще сильнее. Мы прошли по коридору к регистратуре, громко стуча каблуками по бетонному полу.

Они так часто проходили по этому же пути, подумала я. Тут ходили Фрэнки, Кайл и Джек. Наверное, где-то в этом здании они наконец настояли на своем и сообщили, что отказываются прятаться.

Фрэнки с Джеком прошли по этому коридору обратно, чувствуя облегчение от того, что могут больше не притворяться и наконец-то рассказать миру о себе. Возможно, они даже держались за руки.

От мысли о ребятах я почувствовала прилив храбрости.

– Ты со мной? – спросила я Джэз, когда мы подошли к двери.

– Да. Если разрешат, посижу на ресепшен и подожду тебя, – сказала она, подмигивая.

Улыбка ее выдала.