Искренне

«От ворот поворот» и огромное пятно на рубашке. Как ни крути, я не могу ни отрицать, ни оправдывать это и, судя по выражению лица Джека, ему это тоже совершенно ясно.

– Значит, Мэйсона действительно окатили коктейлем? – Парень, чье имя все еще неизвестно, вырывает меня из мыслей своим глубоким голосом.

– Да, причем охрененно красочным коктейлем! «Бархатный ананас». Так жаль, это было одно из моих лучших творений. – Джек опечаленно качает головой.

О да, ананас. Воспоминания о нем заставляют меня мысленно застонать.

Я потираю виски, затем пробую улыбнуться, но с треском проваливаю это задание, ясно чувствуя, что меня выдают глаза.

– Кстати, это Купер. Очевидно, он был в кладовке, когда все произошло, и пропустил ваше шоу. – Джек знакомит меня со своим коллегой, и я заставляю себя снова взглянуть на него. Это странное чувство возвращается ко мне, но я мысленно отбрасываю его и искренне улыбаюсь, протягивая руку. Как будто я была своего рода бактерией, неизвестной и очень заразной, сначала он отвечает мне слишком пристальным и слишком долгим взглядом, затем переводит его на мою ладонь.

И вот, когда я не могу больше выносить его отстраненность, когда с меня уже хватит его молчания и я собираюсь опустить руку, он быстро сжимает ее. Удивленная, я резко вдыхаю и почти забываю, что после этого надо выдохнуть. Его рука приятно теплая на ощупь, местами шероховатая, и моя ладонь почти полностью помещается в его. Я не знаю почему, но мне это нравится, и это снова вызывает странное покалывание в моем теле.

Я не смею шевелиться. Его глаза так невероятны, его пристальный взгляд подобен магниту, притяжения которого мне никак не избежать и которое я заметила еще в тот самый вечер в баре с Джун. Совсем мимолетно, но заметила.

Тепло его руки передается моей, и…

Через мгновение он отдергивает ладонь так быстро, что я поражаюсь. С трудом сглотнув, я отворачиваюсь, избегая его взгляда. Того, в котором я чуть не утонула.

Не знаю даже, когда это случалось со мной в последний раз.

Он деловито скрещивает руки на груди, и я с сожалением замечаю, что это действительно прекрасные руки, с фигурными мышцами, красивыми кистями и пальцами, и…

Стоп! – кричу я про себя, взывая к рассудку, и мысленно влепляю пощечину своему внутреннему «я».

– Это все еще не объясняет, почему ты находишься здесь, Энди.

Этот голос. Как он говорит, как произносит мое имя.