В паутине проклятия

– Мне это кажется, Анри, или из нашего кубка пью только я один? – со смехом, после очередного тоста, обратился к нему его сосед по столу и закадычный друг по жизни Жорес. В ответ Анри, также весело смеясь, похлопал его по плечу. Они сдружились еще в ту пору, когда оба были оруженосцами у д’Юпре. Соревнуясь между собой в рвении и доблести, они, тем не менее, никогда не позволяли своим заслугам затмить их дружбу.

– Признайся, верно, ты бережешь силы для какой-нибудь красотки, а? А может, – наклонившись к другу, вполголоса проговорил Жорес, – у тебя свидание с дочкой графа?

– Не говори ерунды.

– Да-а…. А соблазнительная лошадка! Ух, я бы ее оседлал!

– Ну хватит! – резко прошипел Анри и добавил уже мягче: – Смотри, как бы твоим словам не достигнуть ушей графа, а то он тебя самого оседлает.

Остатком трезвого сознания Жорес понял, что сболтнул лишнего, и его потянуло немедленно реабилитироваться:

– Я только хотел сказать, что для птички такого полета нам с тобой, мой друг, недоставало славы и почестей.

Вот мессир д'Юпре, например – иное дело! Ты помнишь, как он блестяще выиграл последний турнир? Такой доблестный и отважный муж вполне достоин благоволения дочери графа.

Анри молчал, глядя на стол перед собой, и не проявлял видимого интереса к теме. А его друг глотнул еще вина, сладко отрыгнул и продолжал дальше:

– Да, граф уже стар, сыновей у него нет, а Клод д'Юпре богат и знатен…. Все просто…. Ты же сам видишь: они постоянно вместе. Граф и относится к нему как к сыну: всегда по правую руку от себя, – тут он усмехнулся и наклонился к Анри: – Я даже думаю, что если бы мессир.

Однажды ночью. Случайно. Проник в покои Беатрис. То старина Шарль закрыл бы на это глаза…

Анри быстро схватил друга за ворот:

– Я не позволю тебе…

Как вдруг!

– Друзья мои! – громовым раскатом разнеслось над головами, Клод д'Юпре стоял с наполненным до краев кубком: – Я предлагаю выпить за здоровье дочери нашего уважаемого графа! За прекрасную Беатрис! Чей светлый образ всегда вдохновлял рыцарей на победы в турнирах и на поле боя! И да пошлет ей небо достойного мужа, – добавил он, уже непосредственно обращаясь к его сиятельству.

– За дочь графа! За прекрасную Беатрис! – эхом отозвалось из-за столов.

Мало-помалу пир стихал. Знатные сеньоры, приближенные де Местра, удалились в отведенные специально для них покои. А их вассалы расположились прямо в зале, где придется: кто растянулся на скамье, кто пристроился поближе к камину….