Пергам

И пусть весло и цепь не стали легче, он понимал, что после этой тяжелой земной жизни он обретет свободу и спокойствие на небесах.

Но жена и сын… Кто расскажет им о всесильной любви Бога? Он не видел их уже 21 год… Сын уже взрослый, скорее всего у него самого уже есть жена и дети. Это так больно, прожить всю свою жизнь на чужбине, не зная тепла семейного очага, не ведая любви родного человека…

Огненно-красное вечернее солнце погружалось синие воды. На фоне яркого диска виднелись уходящие за горизонт пиратские суда.

Последний дюйм палубы торгового корабля ушел под воду.

Глава шестая

Кастор открыл глаза. Он не помнил, сколько времени пробыл без сознания. Жутко болело все тело, а голова в особенности. Попытавшись опереться на поверхность, на которой он лежал, лекарь нащупал чью-то руку. В глазах было мутно, и поэтому понять, что происходит вокруг, не предоставлялось возможным. Спустя некоторое время зрение вернулось в норму, и его взгляду представилась плачевная картина.

Небольшое темное помещение, полностью пропитанное потом и запахом затхлости, было наполнено телами лежащих друг на друге людей. Лекарь от ужаса отпрянул в сторону и больно ударился о стену.

Кастор прислушался. Нет, это были живые люди. Они спали. Как опытный врач, он понял по тяжелому дыханию лежащего рядом мужчины, что тот явно не здоров. Как, скорее всего, и все находившиеся здесь люди.

В щелке между деревянными стенами мелькнул маленький лучик луны.

Была ночь. Тихая и безмятежная. Только в голове христианина бушевали страшные воспоминания прошедшего дня. Такое не забудется никогда…

Где он теперь? Снаружи слышался тихий всплеск волн, разбивающихся о корпус корабля. На пиратских судах только в редкие дни бывает тихо, и, по-видимому, сегодня был именно такой день.

Кастору не оставалось ничего другого, как уснуть заново.

– Господи, помоги и спаси, – прошептал он, впадая в забытье.

Утром его в чувство привел сильный удар в грудь тяжелым сапогом.

– Вставай и иди за мной, – приказал темнокожий пират, – быстро!

Лекарь поднялся и шатающейся походкой побрел за негром. После жестоких побоев тело нещадно ныло и болело. Утреннее солнце больно слепило глаза после долгого пребывания в темной каюте. Однако свежий морской воздух быстро привёл его в ясное расположение ума.

Пиратский корабль стоял в небольшой бухте, окружённой с трёх сторон отвесными скалами.