На эскалаторе в метро

2013 год

Я делилась с Илюшей своими шпаргалками и неустанно пускала слюни от каждого его сообщения. Но, к великому сожалению, я мало понимала в молодёжном сленге. Почти совсем ничего не понимала. Чтобы быть на волне с Илюшей, как-то раз я использовала модный глагол «теку»[10 - Обычно люди подразумевают под словом «теку» естественный процесс – выделения, возникающие под воздействием сексуального возбуждения.] – просто не знала, что ответить на его премилую благодарность за шпоры.

Я-то думала, речь о том, что твоё сердечко якобы тает, и ты, как снеговик, соответственно, течёшь.

Не вкладывала я смысла, над которым смеялся Семён Геннадьевич, когда писал мне реплики. На месте Илюши я бы тоже, конечно, напряглась.

2014 год

Такого позора я допускать больше не намеревалась, и вообще, была занята работой над отношениями со своим первым кудрявым парнем – тем самым, что подарил мне уродливую подставку под гильзовую свечку. На какую-то нашу годовщину (уже под закат этих отношений) я всё же решила сделать смелый шаг: притащилась к его порогу, всех подряд смутила, но от плана не отступила!

Уверенно и с расстановкой продекламировала на весь подъезд стихотворение «Я пришёл к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало…» и вручила ему пакет апельсинов, кажется, – он болел.

Уж очень мне эта идея казалась тогда романтичной.

Знал бы Афанасий Афанасьевич Фет, как бездарно будут использоваться его труды, вряд ли стал бы их публиковать.

Ещё раз убедила себя, семью кудрявого парня и вышедших на крик соседей в том, что я действительно с приветом пришла. На том и разошлись.

2018 год

Установила табу на слова, в которых не уверена, и на декламацию любого рода стихов в подъездах. Да и в целом преисполнилась в осознанности, однако на сомнительную еврейскую вечеринку с дешёвой выпивкой всё же отправилась.

Интеллигентные алкоголики и душевные бомжи, одаривая меня комплиментами, часто льстили:

– Мадемуазель, а вы похожи на еврейку!

Поэтому уверенная, что на этой вечеринке точно схожу за свою, я раскрепостилась по полной.

Невпопад натанцевавшись, я сделала жирный первый шаг к какому-то симпатичному еврею: уселась, пьянющая, к нему на колени и стала слизывать блёстки с его щёк. Уж очень привлекательно они мерцали – не смогла удержаться. А насыпано было их, на удивление, щедро.