Я, Ангел

Сон был так ярок, что, казалось, сейчас будет его продолжение. Голова закружилась, повело в сторону. Поплелась в ванную комнату. Чистить зубы, умываться. В последнее время тётка стала позже выходить на работу, а иногда и вовсе позволяла себе выходной среди недели. Они сидели вдвоём в гостиной за круглым столом, завтракали.

– Доброе утро. – Я обессиленно опустилась на стул.

– Доброе. – Едва взглянув на меня, тётя воскликнула: – Что с тобой? Заболела? – Она быстро протянула руку, прикоснувшись к моему лбу.

Через несколько минут я сидела на своей кровати с градусником под мышкой. Температура оказалась в районе тридцати девяти. Вызвали врача. Меня уложили в кровать. Тётя Лида, сославшись на неотложные дела, ушла. А дядя Гена, как обычно, остался дома. С тех пор как он поселился в тёткиной квартире, он не работал (если вообще до этого знал, что это такое). Излюбленным его занятием было валяться на диване и пить коньяк, закусывая его шоколадом или лимоном.

Ближе к вечеру зашла Ксанка.

– Привет! – вихрем ворвалась в комнату Ксанка. Энергия юности светилась на её накрашенном лице. – Ну ты как?

– Нормально, – прошептала я. Вдобавок ко всему пропал голос.

Дядя Гена, маячивший за её спиной, заговорщицки подмигнул:

– Не буду мешать, секретничайте.

Закрыл дверь. Мы облегчённо вздохнули. Слушая весёлую Ксанкину болтовню, я размышляла, стоит ли рассказывать ей про злополучный сон.

– Везё-ёт, – завистливо вздохнула подруга. – Я позавчера на улице мороженое ела, а было минус тридцать… И ничего… Может быть, покашляешь на меня?

– Не сходи с ума, – отмахнулась я. – Да и кашлять неохота…

Мы посмеялись, поболтали ещё немного, и Ксанка засобиралась домой.

– Зайду завтра или послезавтра, – пообещала подруга и громко спросила: – Дядь Ген, закроете дверь за мной?

– Конечно, Ксюшенька… А хочешь, я тебя провожу, темно уже.

Я внутренне содрогнулась от патоки, льющейся из голоса тёткиного мужа. Бр-р-р.

Голоса в коридоре стали тише. Потом хлопнула входная дверь. Мыслей не было, голова болела глухо и нудно. Укутавшись плотнее, я закрыла глаза…

Болезнь затянулась на две недели. После выздоровления я пришла в школу. Всё вокруг казалось чужим, даже Ксанка была какая-то другая.