Двойная месть

Он явился на встречу долгожданной сотрудницы в очередном идеальном костюме, с букетом роз и жизнерадостной улыбкой.

– Я немного задержался, все не мог выбрать лучшую рубашку и достойные тебя цветы… О, Памела! Ты великолепна! – воскликнул Джеймс, целуя девушку одновременно с вручением букета.

– Правда? – зарумянилась Памела. – Это я по журналу мод оделась. Прямо с ним пришла в городской супермаркет и прошлась по всем бутикам, а потом…

– Ты мне очень подробно расскажешь, что было потом, – прервал ее Джеймс, быстро взглянув на часы.

 – После того, как я устрою тебя на жилье и на работу, о’кей?

Памела радостно закивала, готовая согласиться с любым предложением.

Тот день прошел для нее как в тумане. Машинально следуя за Джеймсом, она не запомнила ни лиц, ни имен сотрудников, ни своего рабочего места, не взглянула на рабочую инструкцию, не глядя подписала все требуемые документы, и лишь наступивший вечер, в который Флендер щедро отдал себя в ее распоряжение до утра, принес осознание полного, вечного счастья.

Это и было главной наградой, которую вправе была ожидать наследница секретов «Ройял-Джорджа». Никакие прежние мечты не могли идти ни в какое сравнение с тем миром, который открылся в холостяцкой спальне человека, так неожиданно и властно изменившего ее жизнь. И Памеле оставалось лишь радостно подчиняться этой власти.

Прежде всего, неисправимый эстет Джеймс, хорошо знавший мировую литературу, принялся обучать подопечную правильной речи. Уже через пару месяцев Памела избавилась от словечек, которыми непринужденно и привычно обходилась с раннего детства.

Одновременно ей открыли секреты соблазнительного белья и научили подбирать одежду по вкусу избранника. Она освоила нюансы духов, в аромате которых Джеймс предпочитал наслаждаться женской красотой. Такой же смышленой ученицей Памела старалась показать себя и во всех других классах любовной школы, в которую ей так неожиданно довелось поступить.

А лучшим учителем стала сама любовь. Девушка, еще за год до этого мало думавшая о том, в чем состоит главная прелесть отношений между мужчиной и женщиной, теперь что ни день, становилась все ярче, изобретательнее, неутомимее в ночных играх и под похвалами приятно удивленного друга расцветала все сильнее, становилась все краше.

На работе, вспоминая отдельные мгновения минувшей ночи, она невольно краснела и кусала губы, чтобы сдержать радостную и счастливую улыбку, более чем неуместную в сдержанно звучавшем вокруг деловом служебном гудении.