Лорд и леди Шервуда. Том 1

– Если нет, то с ним все равно ничего не случится. Я обещаю тебе! – твердо заверила Марианна, мельком оглянулась и крепко сжала локоть Клэренс. – Успокойся и медленно обернись – он уже вне опасности.

Стрелок остановился, перебросил через руку полу плаща и кому-то махнул рукой. В то же мгновение его окружили пять всадников. Один из них – тот самый йомен, который был на состязании вторым среди лучников, – держал в поводу оседланного коня. Стрелок взял поводья и одним ловким движением оказался в седле.

Подозвав пробегавшего мимо пажа, он бросил мальчику монету, отдал какой-то предмет и указал в сторону галереи. Мальчик с готовностью прижал руку к груди в знак того, что исполнит поручение. Стрелок потрепал его по голове и, выпрямившись, пришпорил коня. Он и ожидавшие его всадники погнали коней широким галопом прочь от городских стен и скрылись в лесу прежде, чем посланные Гаем ратники успели добежать до дальнего края турнирного поля.

Лицо Гая стало очень спокойным, взгляд погас, лишь прикушенная нижняя губа мелко подрагивала – то ли от гнева, то ли от досады.

Шериф, епископ, Невилл переглянулись и молча пожали плечами, не понимая, что произошло.

– Сейчас все разъяснится, милорды, – глухо ответил Гай, заметивший этот молчаливый обмен взглядами. – Я мог ошибиться. Но, судя по его походке, когда он перестал хромать, вряд ли!

Паж наконец добрался до галереи, шустро взбежал вверх по лестнице и с лихим поклоном протянул шерифу тонкий свиток пергамента.

– Милорд шериф, господин лучник просил передать вам это послание!

Сэр Рейнолд торопливо развернул пергамент, пробежал глазами по строчкам и побледнел так, словно прочел известие о собственной смерти.

– Не испытаю ли я разочарования, увидев его без седин… Ни капли не растерял былой дерзости! – еле слышно сказал он, вперив в небо невидящий взгляд.

Вспомнив, что на него смотрят десятки глаз, сэр Рейнолд взял себя в руки и протянул письмо Гаю.

– Увы, милорд, вы оказались правы в своих подозрениях!

Гай пробежал глазами письмо, и его черты внезапно исказились в такой чудовищной гримасе злобы и ненависти, что лицо стало неузнаваемым. По крайней мере, Марианне до сих пор не доводилось видеть Гая таким, и она даже замерла, не в силах отвести глаза от его изменившегося лица. А он сам уже искал ее взглядом, нашел и впился в нее глазами, в которых полыхало пламя лютой ярости.