Лорд и леди Шервуда. Том 3

Он сильно переменился и совсем не вызывал у меня приязни, да и не стремился ее вызвать. Чем больнее я пыталась задеть его, тем больше его забавляла моя нелюбовь к нему, а я злилась за это на него еще сильнее. Потом я поняла, что это смерть Элизабет на него так подействовала, но было уже поздно. Отношения между нами разладились окончательно, и никто из нас не стремился хоть немного сблизиться. Мы и разговаривали друг с другом вежливо только ради Робина.

– Мне кажется, ты неправа, Клэр. Твой старший брат любит не только Робина, но и тебя.

А то, что у него тяжелый характер, это верно. Но надежнее друга, чем он, пожелать невозможно, и я, например, горжусь, что он считает меня своим другом.

– Меня не надо убеждать в достоинствах Вилла: они мне известны. И как бы я ни относилась к нему, но в глубине души всегда уважала за твердость и прямоту. Совсем недавно Робин рассказал мне о Вилле то, что заставило меня посмотреть на него совсем иными глазами, – сказала Клэренс и грустно вздохнула.

 – Ох, как же ему не повезло! Из всех женщин полюбил ту, на которую даже глаза поднимать не имеет права!

– Вот чего твой брат не потерпит, так это жалости, – уже непреклонно ответил Статли. – Он сам решит, в чем его везение.

Налетел порыв холодного ветра, и Клэренс невольно поежилась, несмотря на теплый плащ, который укрывал ее поверх ее собственного плаща. Заметив это, Статли решительно поднялся на ноги и протянул руку Клэренс.

– Ты совсем озябла! Поедем ко мне, Клэр.

Да право же, еще рано, чтобы тебя хватились дома! – сказал он, заметив сомнение в ее глазах.

– Нет, Вилли, – покачала головой Клэренс. – У Робина сейчас и так хватает забот и огорчений, чтобы добавить ему беспокойства из-за моего долгого отсутствия. Давай поступим иначе! Ты проводишь меня домой, а когда Робин пригласит тебя остаться на ужин, не станешь отказываться. Хорошо?

– Как скажешь, моя Клэр, – улыбнулся Статли, помогая ей подняться и крепко сжимая пальцы Клэренс в своих ладонях.

 – Пусть все будет так, как хочешь ты.

Его уступчивость была вознаграждена долгим поцелуем, которым Клэренс прижалась к его губам. Отвечая на поцелуй, Статли сначала нежно, а потом уже властно обнял ее и крепко прижал к груди.

– А когда ужин закончится, я найду дверь в твою комнату открытой? – прошептал он, дотрагиваясь поцелуями до лба Клэренс.

– Разве ты прежде находил ее запертой? – спросила она в ответ.