Любовь по рецепту

Но злорадствовала я недолго, потому что моя месть вылезла мне боком…

Глава 14. Марк

– Идиот!.. Болван! Кретин! Ишак криворукий! – орал на меня Евгений Петрович Маслицев, хозяин ресторана «Promenade». От крика его лицо покраснело и стало цвета перезрелого томата.

Я задумался: были ли у ишаков руки. Кажется, у ишаков конечности назывались как-то по-другому и оканчивались копытами… Но Евгению Петровичу было не до разборок в зоологии, он дико орал на меня, тыкая в лицо модным глянцем.

Хозяин ресторана обмахнулся журналом и вдруг начал вырывать страницы из журнала, разрывая их на мелкие клочки.

– Вот так!.. Вот так!.. Понимаешь, вот так!.. – приговаривал Маслицев в бешеном исступлении, потом швырнул обрывки бумаги мне в лицо, проорав:

– Вот такое окончание твоей карьеры, Истомин!.. Пошёл вон из моего ресторана! Хотя… твоими стараниями я начну открывать не новые рестораны, а чебуречные!.. На вокзале!.

. А тебя!.. Тебя, Истомин, я найму, чтобы ты бродячих кошек отлавливал и потрошил! На фарш для чебуреков. И будешь ты до конца дней своих заниматься этим бесплатно! Бесплатно, ты меня понял?! Пошёл вон!..

Я ретировался. Не только из кабинета Маслицева, но и из ресторана «Promenade». Маслицев не позволил мне забрать даже свой парадный поварской колпак, презентованный мне мэтрами высокой французской кухни во время стажировки в Париже.

Меня позорно изгнали из ресторана и только вслед не плюнули. А во всём виноват Казанцев. Нужно же было прийти этому вредному критику как раз тогда, когда я отлучился и доверил контроль за приготовлением особо сложных блюд своему су-шефу. Я уже подготовил новое меню, ожидая прибытия начальника. По словам проверенного человека, шпиона, Казанцев должен был появиться в ресторане через полторы-две недели.

К тому времени мы бы успели обкатать меню до совершенства.

Но Казанцев пришёл гораздо раньше. Он заказал блюдо, которое было приготовлено не мной. И потом ядовитую статью критика опубликовали все мало-мальски крупные журналы.

Первым его отзыв опубликовал какой-то блошиный журнальчик. Но именно в нём был полный вариант его разгромной статьи. Все остальные были вынуждены подхватывать и прихлёбывать остатки.

Как только Казанцев не изгалялся, обзывая мою готовку.