Любовь по рецепту

Кому бы в голову пришло пить остывший подслащённый чай?

– В общем, надо думать, Стрельцова, – глубокомысленно изрёк редактор. – Надо расширять горизонты. Иначе мы скоро скатимся до размера бульварной газетёнки и не сможем себе позволить держать большой штат сотрудников. Сама понимаешь, кто первый окажется у выхода?

Я кивнула. Разумеется, первой выпнут Стрельцову, то есть меня!.. Потому что Стрельцова – всё равно что «девочка на побегушках» и почти не приносит пользы журналу.

– В общем, ты, как лицо самое заинтересованное, и должна думать.

– Всё? – изумилась я.

– Конечно. Самая лучшая мотивация в мире! – фыркнул редактор. – Или ты, или тебя. Свободна!..

– А… В каком направлении думать? – спросила я.

– Если бы я знал, Стрельцова!.. Так что считай, что ты попала в сказку.

Я вздохнула и вышла из кабинета редактора. Нет, сказки я любила. Но только не в той части, где нужно идти туда, не знаю куда, и принести то, не знаю, что. Хоть бы подсказал, ну! А не напирал на фантомное журналистское чутьё!.

– Чего грустишь, Инесса? – спросила секретарша Людмила, попыхивая сигареткой в открытую форточку.

– Задание дали, – вздохнула я. – Не знаю, как подступиться, и что надо для выполнения задания.

– А-а-а… – понимающе протянула Людмила. – Родионович сегодня свою кружку шесть раз за полдня терял. Жди сюрприза.

– Люда! – крикнул редактор. – Где моя кружка?

– Седьмой, – вздохнула Людмила, гася сигарету.

– На столе, – подсказала я, пробираясь на выход.

Людмила просунула голову в кабинет редактора и успела шепнуть мне:

– Не поверишь, уже пропала…

– Удачи, Люда, в поисках пропавшего сокровища.

– Угу, спасибо, и тебе… – отозвалась Людмила.

* * *

Проблем у меня – выше крыши! А я вместо того, чтобы заниматься их решением, думаю о том, что именно надеть сегодня вечером и как выглядеть лучше.

– Ещё один ногото-о-ок, – нараспев тянет Катя, ловко намазывая нежно-розовый лак на мои ноготки. – Теперь под сушилку!.

Я покорно размещаю ногти под ультрафиолетовую лапу. Пряди волос на моей голове переложены фольгой. В общем, типичная картина женского марафета.

– Признавайся, ради кого стараешься? – подмигивает Катя.

– Ни для кого.

– Уж точно не ради Вани, – не сдаётся Катя.

– Японский бог!.. Ваня!.. – восклицаю я.

А-а-а! Инесса, дурында! Только ты могла забыть о своём недо-парне, едва на горизонте появился объект моей бывшей безответной влюблённости.