Месть подана, босс!

Босс стоял в дверях. Белые укороченные брюки, высокие белые носки в красную полоску, ярко-синяя футболка с воротником «качели». Выглядит, как клоун. Так тебе и надо.

– С головой надо что-то делать.

Вот и делай. Я здесь при чём? Можешь её оторвать и виртуозно чеканить, используя её вместо мяча.

– Варягина, если кто и должен губы дуть, то только я. А вы, если ещё хотите здесь работать, должны быстро придумать, что мне делать с этим рассадником грязи на голове.

Вот оно, мужское извинение за неприятные слова.

Я глубоко вздохнула, присовокупила свою обиду к списку мести и встала.

– Выбор невелик: мыть или вычёсывать, – сказала я.

Босс скривился: но делать было нечего. Пришлось ему корячиться над раковиной в миниатюрной офисной кухоньке, пока я мыла ему голову средством для мытья посуды. К тому же сегодня так вовремя отключили горячую воду… Босс кое-как просушил волосы кухонным полотенцем и посмотрелся в зеркало. Потом мрачно взглянул на меня и соизволил сказать:

– Спасибо, Варягина… Не запомнил, как вас зовут.

Прекрасно. Нахамил, ещё и имя не запомнил.

– Ксения Владимировна, – напомнила я.

– Спасибо, Ксения Владимировна, – спокойнее сказал босс и внезапно добавил: – Прошу прощения за грубый тон. У меня сегодня день не задался с самого утра. Не хотел вас обидеть.

Извинение прозвучало неожиданно приятно. А если учесть, что я сама и устроила ему весёлую жизнь, для моего слуха извинение звучало как песня.

Партнёры моего босса явились немного позже назначенного времени.

Марков встретил, их стоя у окна, кое-как накинув маленький пиджак на свои внушительные плечи. Я в этот момент ставила на стол поднос с тремя чашечками кофе: для босса и его двух гостей. Марков шагнул навстречу своим гостям и, пожав им руки, собрался садиться. Раздался треск. Скорее всего, это разошлись по шву тесные брюки на крепкой заднице Маркова. Звук получился… жутко неприличный.

Я всей кожей ощутила недовольный взгляд босса и поспешила ретироваться.

Как по мне, пакостей для одного дня было более чем достаточно. Поэтому я поджала хвост и сидела тише воды ниже травы. Но даже такое поведение не спасло меня от гнева босса. Только-только партнёры покинули его кабинет, как он вышел следом за ними и присел на край моего стола.

– Веселитесь, Варягина?

– Работаю, Давид Антонович, – смиренно отозвалась я, делая вид, что меня нисколечко не волнует близость мужского тела.

– Вот и работайте.