Срок твоей нелюбви

Такой мужчина слишком хорош, чтобы стать чем-то большим, чем забава на одну ночь, напомнила себе Таисия, проронив иронично:

– А как же любимая женщина господина?

– А, эта… Боюсь, она уже нашла утешение в объятиях другого господина. Женщины ветрены и непостоянны, – Алексей усмехнулся, – я бы сказал, что сегодня в этом зале есть только одна, заинтересовавшая меня настолько, что я даже готов танцевать, несмотря на то, что терпеть не могу танцы.

– Вот как? Гарем обиженных и обделенных на сегодня вниманием девиц явно льёт слезы в одиночестве.

Хотелось пошутить ровным и спокойным голосом, но он предательским образом выдавал Таисию.

– Место в моём сердце было вакантно. До сегодняшнего вечера. А после этого танца, в нём не осталось свободного уголка даже для самого себя.

Несомненно, комплименты были избиты, и подобные она слышала уже не раз из уст множества других, но было в Алексее что-то такое, заставляющее её трепетать от звука его приглушённого голоса, хотелось, прикрыв глаза, прижаться к нему всем телом, ещё ближе, ещё теснее, так, чтобы не осталось ни миллиметра свободного пространства.

Она не помнила, когда в последний раз пару комплиментов и взглядов хватало для того, чтобы заставить её желать большего, отчётливо ощущая сладостное, тягучее напряжение внизу живота.

Танец кончился слишком быстро, по мнению Таисии.

Но Алексей не торопился отпускать талию девушки, продолжать держать на ней руку, согревая теплом широкой ладони.

– Здесь довольно шумно. Может, выйдем подышать свежим воздухом?

Глаза мужчины призывно сверкнули, без всякого смущения разглядывая девушку, скользя взглядом по пухлым губам, опускаясь ниже на длинную шею и волнующие полушария груди, виднеющиеся в декольте. Таисия улыбнулась:

– Почему бы нет?

Алексей помог накинул ей на плечи шубку, распахнул двери перед девушкой и крепко взял её под руку:

– Осторожнее, можешь поскользнуться.

Всё же зима…

– Но без снега, – усмехнулась Таисия, обводя взглядом ровный мокрый асфальт. Снег таял, едва коснувшись поверхности, превращая не заасфальтированные участки земли в грязно-серое месиво.

– И всё же я предпочту подстраховать тебя на всякий случай.