Друг моего мужа

Горло плотно обхватывает колючей проволокой, и дышать становится трудно. В голове только марево похоти.

– Не скажут. У нас очень хорошие соседи, мы с ними дружим! – беспечно заявляет Ира. – К тому же я не вожу домой парней.

Поднимается с моих колен, глядя с затаённым ожиданием, замирает на расстоянии вытянутой руки.

– Только тебя.

Сжимаю пальцы в волосах, подталкивая её к себе.

– Не боишься?

– Нет.

Она сама движется ко мне, ласково гладя по щекам. Трусь об её ладони голодным и бездомным котом.

– Не боюсь.

С тобой не страшно.

Ира обводит пальцем старый шрам на моей челюсти.

– Дурочка доверчивая. Ты же меня не знаешь, – ещё немного ближе.

Мягкое дыхание касается моих губ. От неё пахнет молоком и ирисками.

– Не знаю. Но ты такой… надёжный.

– Иди ко мне. Я тебя поцелую.

Ира проворно перебирается на мои колени. Мне приходится заставлять себя держать пальцы на месте.

Одной рукой я перебираю её шелковистые волосы, путая их. Второй сжимаю талию, борясь с желанием опустить ладонь ниже.

Я осторожно нажимаю на её губы. Коротко прикасаюсь своими, лаская. Мягким напором, лёгкими поцелуями. Не больше.

Она мелко дрожит и начинает чаще вздыхать, бездумно тянется ближе и раскрывает губы, смыкая их поверх моего рта.

Дышит часто и влажно, горячо. Издаёт удивлённый звук, когда мой язык пробегается по её губам. Не отступает, но раскрывает свой ротик. Позволяя исследовать податливую мякоть её сочного рта.

Пухлые губы напоминают какие-то ягоды в сахарном сиропе.

Я зависаю на волоске от пропасти. Держусь, чтобы не долбиться языком глубоко и жадно.

Но проигрываю.

В тот момент я ещё не знал, что буду постоянно проигрывать дикому, неутолимому желанию быть с ней. А тогда просто послал всё к чёрту, начав сосать ей язык и вылизывать всё, до чего смог дотянуться своим языком. Едва перевёл дыхание, посмотрев на опухшие губы, как она вновь потянулась за добавкой.

– Ещё.

Я не успел ничего ответить, как она сама начала целовать меня. Ещё не так умело, как потом, но сладко и нежно.

Быстро и сумасбродно, по-настоящему искренне и отчаянно, как умела делать только она.

Ира потёрлась язычком о мой, а потом осмелела, начав вытворять с ним то же, что и я с её языком. Она покусывала его, а потом начала посасывать.

Каждое движение – как лезвием по венам. От ощущения тела, распластанного на мне, давление в члене стало невыносимо резким и острым.

Ира целовала меня, обняв за шею, целиком и полностью отдавшись поцелую.