Я и беременный босс

Анель

Босс перевёл взгляд на мои ступни.

– Не комментируйте, ради всего святого, – простонала я, обмахиваясь ладошкой.

– И не собирался, – съехидничал Филипп Борисович. – Вы рано ушли. Сейчас надо будет крутить барабан.

– Какой барабан? – поморщилась я.

– Лотерея среди тех, кто покупал билеты, – фыркнул босс. – Победителям лотереи будут вручать чайники, тостеры и замечательные хренорезки за три копейки.

– Так прокрутите его сами, – попросила я.

– Я буду крутить, вы будете доставать билетики.

Всё как всегда… Когда билетики достаёт красивая девушка, возмущённых проигрышем значительно меньше. К тому же вы в положении… Это умиляет.

– Без меня никак не обойтись? – взмолилась я, пошевелив затёкшими пальцами ног.

– Никак. Нас уже внесли в программу, – непреклонно заявил босс.

Филипп Борисович скривился и сказал чуть более миролюбиво:

– Анель, милая, вам, конечно, нелегко сейчас. Но неужели вы думаете, что я получаю удовольствие от этого цирка? Это необходимость, не более того! Так что взбодритесь, припудрите носики вперёд! Вертеть барабан.

– Да я этот барабан знаете, на каком месте вертела бы? – пробурчала я, всовывая припухшие ноги в осточертевшие туфли.

– Ну же, Анель! Где моя везде успевающая и неунывающая секретарша? – внезапно подмигнул мне босс, пообещав: – Если всё пройдёт как по маслу, я не поскуплюсь на поощрение. Премия будет не двойной, а больше. Так что давайте поскорее с этим закончим. Нам осталось не так много дел… Завтра утром встреча с представителями края, и потом можем возвращаться, – подбодрил меня босс, идя немного впереди меня.

Я плелась за боссом, еле переставляя ноги и проклиная всё на свете. Ноги ныли. Я остановилась и присела, чтобы ослабить тугой ремешок.

– Девушка-красавица, – раздалось откуда-то сбоку. – Вижу, дорогая, по кругу ты ходишь, на месте толчешься, препятствие какое-то мешает тебе. Давай погадаю?

Я обернулась. Ко мне подошла цыганка и остановилась очень близко. На ногах у неё был грубые растоптанные ботинки.

Длинная пёстрая многослойная юбка поражала многообразием расцветки. На голове цыганки был повязан платок вокруг собранной в узел косы так, что формой напоминал тюбетейку. Цыганка одной рукой покачивала свёрток с младенцем. Она усмехнулась и протянула мне руку. Я автоматически оперлась на мозолистую ладонь, чтобы встать.

– Вижу, дорогая, на месте ты толчешься. Препятствие какое-то мешает тебе. Давай погадаю? – повторила цыганка. – Препятствие уберу.