Город и люди в нём

Легко шагая по истёртому полу, он направился по коридору. Запертые двери, отверстия в которые некогда крепились цифры, хитросплетения проводов, отслаивающиеся слои побелки, паутина и её жертвы. Первая не запертая квартира была пуста. Вычищена под ноль. Не осталось ни полов, ни плинтусов, ни дверных коробов. Следующая, доверху полнилась одинаковыми железными рамками вперемешку с армирующей решёткой. Лишь дойдя до конца, взявшись за последнюю ручку, он испугался. Будто перед решающим прыжком в воду, или найдя конверт с результатами обследования.

Свет от двух работающих ламп почти не достигал этих мест, и приходилось довольствоваться тем, что проникала через окна. Дешёвая мебель из пропитанной клеем щепы, разбросанные по всюду плёночные носители информации и коробки от них. Певцы исполняющие сложный вокал, самолёт на фоне вулкана, две девушки с пистолетами, на фоне красно синего мерцания, кокой-то хитро закрученный символ с множеством текста, тридцать в одном… В соседней комнате двуспальная кровать без матраса, полусгнившие обои на органической основе, истлевшая одежда и куски пластика от чего-то массивного.

В ванной комнате, среди мрака можно было различить лишь толстый слой грязи, край унитаза, очертанья раковины и душевого поддона.

“Всё другое. И в тоже время, так странно знакомо…”

Дальше, ноги понесли его к лестнице, по ступеням туда, где появился. Не сразу, по ходу вспоминая примеченные мелочи. Заветная комната оказалась не заперта. На этаже не было рабочих ламп, а в комнате окон, от чего пространство за порогом, казалось чёрной бездной.

Безропотно шагнув внутрь, Ханг затворил за собой дверь. Тьма, еле слышное дыханье сквозняка, фантомные искры и призраки, собственное сердцебиение, мурашки на коже.

“И здесь что-то знакомое.”

Втянув носом застоялый, но чистый воздух. Почувствовав запах забытого прошлого, картона и шерсти, мёрзлой земли и горных трав. Почувствовав под ногами мелкие, острые камни, влажную землю, лёгкий наклон. На мгновение, сон стал явью, а далёкий край – склоном горы.

Будто зависшая на восходящих потоках птица, низкие деревца, шум ветвей от близкого леса, журчание нитей ручья под камнями, шорох ползущего жука. Охваченный волнением, ослеплённый порывом, чувствуя, что должен спешить, Ханг шагнул вперёд, но в место каменного выступа, налетел на какой-то хлам. Шорохи падающей рухляди, грохот канистры, звон покатившейся керамики.

Запоздало, где-то в коридоре послышалось движение, затем шаги.