Ледобой

 – По-моему, нашего гонца очень любят боги!

– По крайней мере, один из них! – Перегуж, бежавший первым, резко остановился и распростер руки. – Стоять! А этот долго полз. Вон вся земля кровищей изгваздана!

Широкий кровавый след вел куда-то в бурелом, как будто раненый тщился заползти поглубже и там отсидеться, невидимый и неслышный. Оттнир прополз под павшим стволом… там его Щелк и нашел.

– Ну, что? – Моряй и Перегуж в бурелом не полезли.

– Мертвее некуда! – Щелк вылез из укромного убежища, отряхнулся. – Жилу на шее разрубил.

Оттнир умирал долго, пока кровь не вытекла. Ее там целое озеро – гляди, вот перепачкался.

– Одного не пойму, почему их зверье не потратило? – Моряй искоса взглянул на воеводу. – Заставных воронье поклевало, волки наведались, а этих…

– Сам гадаю, – помрачнел Перегуж. – Был бы ты волком, чего сторонился?

– Огня, медвежьего следа, кабаньей тропы…

– Всамделишный волчара не глупее нас с тобой, – усмехнулся воевода. – Чует опасность, потому и не лезет.

– Какая опасность от мертвяков?

– А сам отчего за меч уцепился, не оторвешь? Ведь кругом только трупы! И глаза круглые, как у совы!

– Жутковато.

– То, что жутковато, зверье раньше нас с тобой учуяло. Той жути, что вместе с кровью по лесу разлита, и боятся. Кстати, ты оттниров считаешь? Это который?

– Восьмой.

– Ох, чую, девятый недалеко. Бего-о-ом!

Девятый пренебрег доспехом, и неведомый заставный боец его просто-напросто вскрыл, как раковину, поперек груди. Нашли в кустах, справа от тропы.

Десятого гонец прирезал со спины, под лопаткой остался торчать нож с рукоятью из бивня моржа.

– Его собственный. – Щелк вынул нож из раны и вложил в ножны, что висели на поясе оттнира.

– Обошел со спины, вырвал нож из ножен и уложил одним ударом. – Перегуж внимательно осмотрел траву вокруг. – А ведь наш ухарь тоже ранен! Вот глядите, подкрался с этой стороны, из-за дерева, выждал какое-то время, неслышно скользнул в самое подбрюшье и прирезал! А на стволе, пока таился, оставил свою кровь!

Пошли невысокие каменистые холмы.

Одиннадцатого нашли внизу, под крутым обрывом, откуда тот никак не мог выбраться сам. Так и помер на камнях – со сломанной шеей долго не живут. Двенадцатый лежал на тропе шагах в двадцати, сжимая в руке окровавленный меч.

– Ох, не поберегся ты, парень! – покачал головой старый воевода. – Достал-таки оттнир! Меч в крови.

– Может быть, не его кровь? Вся застава кровищей изошла!

– Его, – мрачно бросил Перегуж.