Дневники мотоциклиста. Часть Первая

Какой уж тут сон? Так из похмельного в болезненный бред весь путь и протелепались. Но сам не спи, а товарища засыпай: я чутко прислушивался к дыханию Команданте, принюхивался (не засмердел ли?), тормошил его за его тормашки каждые пять минут, спрашивая:

– Как ты, Падре? – а он мне, касатик:

– Как там наши? Доехали уже до Воронежа через Чаплыгин?

А работники лётной отрасли жутко гримасничали и издевались, говоря мерзкими ехидными голосами: «Это у него от выпитого. А будете продолжать пить на борту нашего распрекрасного лайнера, и вам то же будет.

И вас проклянём!»

Вот же вражины! Мы к себе их постыдные замечания, конечно, не отнесли, но пить перестали почти до самого приземления.

«Я солдат. Мама, залечи мои раны…» [54 - См. сноску [51 - Строчка из песни культового украинского дуэта 5'nizza, с 2004 года неизменно находящегося в личной ротации автора. Песни группы сопровождали не только весь непростой кубинский перелёт, но и стали неотъемлемой частью самой жизни]]

Где-то над Атлантикой.

Первый контакт

В самолёте же случилось, хоть и косвенное, знакомство с братским кубинским народом: несколько представительниц прекрасного пола возвращались на свою родину. Странным образом они умудрились заполнить собой всё пространство салона, включая наши мысли. Они были такие объемлющие и… настоящие. Прекрасные и удивительные. Кубинки, одним словом. И пахло от них так приторно-дурманяще-экзотично и нестерпимо насыщенно.

Запах стелился по салону и стоял всякие полчаса после их прохода мимо. То есть буквально всё время полёта. Поскольку места наши располагались в самом хвосте аэросостава, в непосредственной близости от клозета, куда они так исправно ходили и ходили, пахли и пахли…

Этот аромат (не клозетных кабинок, а кубинок) теперь неразрывно связан с воспоминаниями о Кубе. Он сопровождал нас всюду на протяжении всего путешествия, потому как вся прекрасная половина Острова, по крайней мере тех, кого мы обнюхали, прямо источают данный вид местного приворотного парфюма.

И аромат этот, со слов всезнайки-путеводителя, носит имя «Марипоса» (Бабочка). А представительниц пахнущего им населения, соответственно, следует кликать «марипоситами». Признаюсь, этот знойный экзотический запах, то есть запах их тел стал к концу поездки даже каким-то родным. Как, впрочем, и всё по-настоящему кубинское.