Империя мечты

Я думаю – она оберегает всех нас оттуда, – отвечал он тихо, всё, вглядываясь в черты лица этого, казалось бы, странного старика.

– Как же так, она не пережила своего отца. За что такое горе мне? – и слёзы проступили, отозвавшись болью на измождённом лице старика.

– Она была счастлива с моим отцом. Мой отец всегда советовался с моей матерью, потому и правили вместе, правили мудро, – говорил он не как в оправдание, а истину, что была тогда, но останется в памяти всегда.

Родная кровь на чужбине, вдали от родной земли давала знать вот таким всколыхнувшим сердце воспоминанием о самом дорогом человеке, связывавшим их обоих, что и у него самого подкатил горький комок к горлу, заставив забиться быстрее сердце, увлажниться его глазам.

Невольно ли, но привстал он на колено и в низком поклоне тихо промолвил на чисто великолепном кранцозском языке:

– Здравствуйте, мой дед по материнской линии.

– Здравствуй, мой дорогой внук.

Жил старик более чем скромно, но всё, же, почувствовал он у него уют, намного больший, чем роскошные покои для иноземных послов.

Все мелкие заботы и даже думы он отмёл начисто. В данный миг для него ничего не было важнее этой встречи. Была ли беседа, но разговор только и шёл об одном человеке, самом значимом и родном человеке для них обоих. Он же знал теперь всю историю, связывавшую его родную землю с величественным королевством Кранции. «Мать всегда говорила, что отец её из аристократии Кранции», – говорил он, понимая теперь как никогда, что эта ложь её была во спасение своей родной земли. И гордость за мать, гордость, что была всегда у него, поднялась ещё выше.

Он говорил, что искал глазами его, родного деда своего посреди знати, посреди этих приспешников двора. Да, весь облик молодого хана также говорил о том, что он рад неуемной радостью своей и счастлив от того, что дед его по материнской линии не какой-нибудь (по его разумению) вшивый аристократ, а человек учёной степени. Таких как он, когда-то его великий предок, завоевавший полмира, ценил намного выше, ставил на более и более высокую ступень.

И это была истина.

– Переговоры будут трудными, – сразу же проставил все точки его дед, узнав о цели визита внука. – Кранция на грани войны с Астанией.

И всё же он был горд за внука, который (не то, что его дед по отцовской линии, готовый бесшабашно биться со всеми подряд) искал мира для родной земли, дабы уберечь каждую жизнь своих подданнных.