Миры над бездной

И всё, с завтрашнего дня готовься первокурсник к своей первой летней сессии!

Студенты-первокурсники, и некоторые незваные гости в лице старшекурсников пошли приглашать студенток на последний танец вечера.

Его не заметить нельзя было. Его заметили многие. Да и как не заметить, если он никакой не студент. И она увидела его. То прямо по центру зала шёл тот самый парень, супермен, сильнейший мастер единоборств, тот самый таинственный незнакомец…

3

Гуманизм от латинского humanus, что значит человечный, в основе своём признающий, выражающий уважение достоинства и прав человека, ценности человека как личности, сложился в целое идейное течение уже в знаменитую эпоху Возрождения.

Тогда ещё не остыли костры инквизиции, сжигающие не только еретиков, но и женщин, обвинённых в колдовстве, прозванных ведьмами. А какие люди выступали вдохновителями идеи, когда в древности высказанной Цицероном – философом Великого Рима! О, какие имена: Данте, Бокаччо, Леонардо да Винчи, Петрарка, Николай Коперник, Джордано Бруно, Фрэнсис Бэкон, Вильям Шекспир, Монтень, Эразм Роттердамский, Франсуа Рабле…, и это далеко не полный перечень прекрасных и великих людей той замечательной эпохи, когда начинался, зачинался расцвет культуры, науки, великих географических открытий! Да, уважение достоинства человека и ценности человека, как личности…

Он шёл, словно пантера, гепард, походкой размеренно упругой, осанкой величественности, подчёркивающей отточённую статность, стройность, спортивность тела от фундамента отменности, идеальности здоровья.

Да, всё это было отмечено девичьими взглядами, что кое-где и заблистали огни восхищения…

Во второй раз она увидела этого парня, супермена, этого незнакомца ореолом таинственности, о котором боялась думать, но думала все эти дни и ночи. А он шёл прямо по центру зала, шёл по направлению к ней…

У Алины поначалу как бы сжалось сердце, затем и застучало, бешено заколотилось…

– Я приглашаю Вас на танец, – встав перед ней, говорил он просто, ввергая окружающих в изумление.

– Я не умею танцевать, – отвечала она искренне, ещё не придя в себя от второй неожиданности, постигшей её в этой, однако, постылой жизни, такой неожиданности, связанной именно с этим молодым человеком, про в этом зале лишь она и её двоюродный брат Роллан знают как супермена.

– Мы не будем танцевать какой-нибудь сложный танец.

Приятная мелодичная музыка была, слишком, плавной, тягучей, чтобы танцевать вальс. Медленное танго завитало в зале.