Приглашенная невеста

К сожалению, время, когда он мог позволить себе быть плейбоем, миновало: на нем лежала ответственность за страну. Если Чарли согласится поехать в Монтень, обручение станет лишь дипломатической процедурой, как это было бы с Оливией.

Чарли молчала, погрузившись в размышления, словно взвешивая все за и против.

– Так что ты думаешь? – не выдержал Рейф, скрывая нетерпение. Он не понимал, что ее удерживает. Семейные обязательства, связанные с переговорами с отцом? Ревнивый любовник? Эта мысль заставила его нахмуриться.

– К чему притворяться, что предложение меня не интересует? – сказала она. – Однако мне надо посоветоваться…

Вероятно, все-таки дело в любовнике. Рейф еще больше нахмурился.

– Когда тебе нужно решение?

– Как можно быстрее. Я планировал вылететь этой ночью.

– Так скоро? Нужно время, чтобы забронировать билеты.

– У меня частный самолет.

– Конечно, – закатила глаза к потолку Чарли, – ты же принц. Так когда?

«Сейчас».

– В десять, самое позднее в одиннадцать, – сказал Рейф, доставая чековую книжку.

Он заполнил нужные строки, поставил подпись и протянул ей. – Возьми это с собой.

Чарли взяла листок дрожащей рукой, как опасный предмет.

– Ты вот так отдаешь мне огромную сумму денег? Доверяешь мне?

Зная, что его люди будут следить за ней, он не стал раскрывать карты, а просто кивнул.

Сложив чек, Чарли убрала его в сумочку. Вставая из-за стола, она выглядела бледной и напряженной.

– Постараюсь управиться побыстрее. Дай мне твой номер телефона.

Я свяжусь с тобой.

Глава 4

Отец ждал Чарли в больнице. У Майкла Моррисета были такие же светлые волосы и ясные голубые глаза, как у его дочери, но Чарли ужаснулась, увидев, каким постаревшим и усталым выглядел обычно жизнерадостный и беззаботный отец. Скаи изменилась еще больше. Всего несколько дней назад она гордо представляла прелестную новорожденную дочь, а сейчас черные круги под глазами выдавали горе и отчаяние. Даже пушистые каштановые волосы безжизненными прядями падали на опущенные плечи.

Обнимая ее, Чарли сдерживала слезы, стараясь представить чувства матери, знающей, что жизнь дочери висит на волоске.

– Хочешь взглянуть на Илу? – спросила Скаи.

Ощущая комок в горле, Чарли кивнула, и Скаи повела ее по длинному коридору в отделение интенсивной терапии. Они остановились у стеклянной перегородки. Лежащая на простыне, обмотанная трубками и датчиками крошечная Ила представляла пугающее зрелище.