Последняя

Близкий еще более оттого, что она в неоплатном долгу перед ним. Зачем Къельт возится с ней? Почему не сдал магам? Она действительно способна отнять его жизнь, неужели он не понимает?

Темные пряди у висков, брови в кои-то веки не нахмурены. Все, ждать нельзя, решила Эрсиль и замахнулась. Помешали кролики. Они вынырнули из полумглы, захлопали ушами, захныкали: «Пощади, пощади!» Им воспротивились бабка и черноволосый. «Ударь! Ударь!» – каркали они. Неразбериху усугублял ветер, завывавший под окном. Эрсиль стояла с нацеленным клинком, а слезы бежали, соскальзывали с подбородка, капали на грудь…

Стиснутые пальцы заныли, потом окостенели.

Эрсиль медленно опустила нож. Мать не сумела, и она не сумела, хотя попробовала в отличие от нее. Бредовая затея эта была обречена с самого начала. И хорошо, что все так обернулось, что Къельт невредим после ее покушений – нелепых и не очень уж нелепых. А она, Эрсиль, заслужила каждое мгновение претерпеваемой боли. Обидно только, что Къельт не пресек ее бесполезное утомительное существование – он имел на это право.

Эрсиль покачнулась и отступила от Къельта – уже не врага. Сердце ее точно сковало цепью, уснащенной кривыми гвоздями, и тянуло, тянуло обратно. Секунда – и ржавый гвоздь вонзается в плоть, вторая секунда – и второй гвоздь…

Дернув за ремень отощавшую котомку, Эрсиль ринулась в коридор. Прочь, не оглядываясь: от людей, от Къельта, от собственной низости! Эрсиль готова была на все, чтобы страх и отвращение к себе не раздирали ее изнутри.

Едва Эрсиль нащупала дверное кольцо, как оно, скрежетнув, выскользнуло и стукнулось о щеколду.

Къельт обхватил Эрсиль поперек живота, оттащил.

– Не трогай меня! – кричала Эрсиль, молотя каблуками по доскам пола и рассчитывая освободиться.

– Я догадался, кто ты.

– Молодец! Купи себе пряник!

Эрсиль не прекращала извиваться, в исступлении орудуя локтями. За пять минут яростной борьбы она вымоталась и обвисла на руках Къельта. Он устроил ее на постели, щедро сдобренной ревеневкой, и принялся гладить по голове.

– Чего тебе надо? – просипела Эрсиль, чуть не всхлипнув во весь голос.

– Помочь, – ответил Къельт.

Он нагнулся, вытер мокрые щеки Эрсиль. Она оттолкнула его и рывком поднялась.

– Кто, говоришь, я?

– Ллойла?р. – Къельт надавил Эрсиль на плечи и снова уложил ее.

– В десятку, – процедила Эрсиль. – Проклятая! И это значит, что я собиралась уничтожить тебя! Не в шутку, не понарошку. Как несчастного уэля! Дошло до тебя? Но я струсила.