Любовь с риском для жизни

Алкоголь? Но у нее нет тяги к алкоголю, изредка бокал вина – вот все, что ей нужно.

Сэди повернулась и спросила у Ника, который в это время сворачивал с главной дороги:

– Ник Кэмпбелл – это твое настоящее имя?

– Да, – ответил он голосом теплым, точно ласка в студеный зимний вечер, и удивленно выгнул темную бровь.

– Это правда?

– Да. Думаю, ты этого достойна.

Из-за разбитого окна внутри стало холодно, как на улице. Сэди вся дрожала – не то и впрямь продрогнув, не то нервы щекотала близость Ника.

– Граймс не мог в одиночку провернуть такое дело, верно? – спросила она. – Неужели у него довольно связей, чтобы убить федерального маршала?

– Не знаю, здесь много неясного. Но пытаться устранить тебя – это просто глупо с его стороны. Ясно ведь, что после его побега мы усилили бдительность. Ничего, со временем все прояснится.

– Как по мне, звучит не слишком обнадеживающе, – призналась Сэди. – Может быть, он ради мести готов рисковать всем?

– Глупостью он ничего не добьется.

– Он совершил побег месяц назад, верно? Это совпадает по времени с твоим назначением?

– Накануне мы получили информацию о том, что что-то назревает. Босс хотел подстраховаться и поручил мне подстраховать Чарли.

Ей вдруг вспомнилось приглашение на рождественскую вечеринку, которое она получила. Они проезжали какой-то городок, очень похожий на Крик-Бенд, но только там были высокие сугробы вдоль дорог. На улицах горели фонари. Она обещала Клер, что придет.

– Зачем ему рисковать, разыскивая меня? Неужели хочется обратно в тюрьму? И почему меня? Почему сейчас?

На щеках у Ника дрогнули мускулы.

– Месть – единственный мотив, который приходит на ум.

Месть. Это слово в его устах ударило ее точно кулаком.

– Прости, что я так отзывалась о вашей службе. Я была в шоке. Я не хотела тебя обидеть. Я искренне ценю то, что вы для меня делаете.

– Ах, наши ошибки дорого тебе обходятся.

А еще заставляют то и дело пускаться в бега. Через сорок пять минут в Крик-Бенде наступит рассвет.

Жизнь пойдет своим чередом, но без нее. У Клер родится дочка, а она никогда и не понянчится с малышкой, о чем так долго мечтала. Клер была не просто подруга, она стала ей как сестра. А теперь все исчезло. Хорошо еще, что у нее остался Бумер, который лежит сейчас, свернувшись калачиком, на заднем сиденье.

– Я никогда этого не понимала. Я ни в чем не виновата, и все-таки именно я должна среди ночи все бросить и спасаться бегством.