Черта

В флоре я особо не разбираюсь, но могу поклясться, что дубу больше сотни лет. Это было большое и величавое дерево, странно, что в окна отеля его не видно, видимо, окна из моего номера выходят на другую сторону.

Как и у музея, в отеле имелся черный ход, но, к несчастью, он был закрыт, так что мне пришлось идти к парадной.

Как и вчера, у стойки администрации меня встретил недовольный старик. Я дал ему девятьсот рублей, продлив номер еще на три дня. Надеюсь, за это время я смогу найти работу, иначе по истечении времени я буду спать в сломанной машине.

– Не хочешь сыграть в шахматы? – раздался за моей спиной женский голос. Это была та самая дама, что помогла мне утром.

– Хорошо играешь?

– Вот и узнаешь, – усмехнулась она моему вопросу.

Мы сели в холле напротив друг друга в небольшие кожаные кресла.

– Мое имя ты уже знаешь, как насчет твоего?

– В моей работе не раскрывают настоящих имен. Зови меня Агнесс, – она достала из своей сумки пачку тонких сигарет, вытащила одну и закурила.

– Второй раз ты заинтересовываешь меня своей работой.

– Как будут деньги, я готова показать, что умею.

– Массажист-психолог?

– Точно. – Шахматы были ручной работы. Не самые дешевые в своем качестве, но видно, что автор, сделавший их, страдал от творческого кризиса. По крайней мере, так мне показалось на первый раз.

– Черные или белые?

– Белые. – Агнесс затянулась и выдохнула дым от сигарет в сторону. Утром я был немного не выспавшийся, и потому понимать, что за женщина передо мной, мне не хотелось.

А зря. Она была странно – симпатична. Почему странно? Вот такая ассоциация пришла в голову. Учитывая, что я больше интересуюсь работой, нежели женщинами, услышать от меня «симпатичная» – большой комплимент. Если говорить более объективно, то Агнесс была женщиной средних лет, или, правильнее сказать, девушкой примерно моего возраста, с карими глазами, светлыми короткими волосами. Присматриваясь к ней, я начинал понимать, что в ее поведении и взгляде есть некая магия.

Мы молниеносно обменялись первыми ударами. Я забрал у нее слона, а она моего коня. Честный обмен. Почти.

– Где твой дом, Кирилл? – неожиданно спросила Агнесс, разбавив тишину этим вопросом.

– Дорога – мой дом.

– Хорошая песня. – Мы обменялись взглядами. Она язвила?

Еще несколько фигур с обеих сторон отправились в коробку. Она неплохо играла для человека со странной работой…

– Мат.

– Что? – Ее глаза сделались большими и круглыми от удивления.