Неудержимость VI

Я улыбнулся, то есть нелюбовь к друг дружке у них взаимная, и пояснил: “Ну ты дьявол, она демон. Вы вроде как похожи.”.

Она, застыв, престала расчесывать волосы и посмотрела на меня убийственным взглядом, холодно процедив: “Дьяволы высшие создания. Демоны всего лишь слуги. Низшие. Это просто унизительно сравнивать нас. Так что, если ты уже насладился моим присутствием, то подумай над своим поведением. В следующий раз тебя ждёт наказание. И по страшней, чем те детские шалости, что были до этого.”.

Её золотая расческа больно уперлась мне в нос, а блеск её глаз мне совершенно не понравился. Немного посидев так, она все же убрала её от моего лица и злобно уточнила: “Ты всё понял?”. Я всматривался в её прекрасное, но надменное лицо. Она сохраняла прямую и гордую осанку и, даже в такой позе на мне, Шат’то выглядела прекрасно, оставаясь царствующей особой. Спокойный взгляд на её вскинутом лице смотрел на меня сверху вниз. Я потянул ладони в разные стороны, попытавшись вынуть руки из-под её попки, но так как мои пальцы были в ней по две фаланги, они потянули обе её дырочки в разные стороны. Её глаза расширились до немыслимых размеров, а губки сжались в колечко, вытянув её личико. И тотчас тело Шат’то поддалось вперёд ко мне, немного выгнув попку назад и не сдерживая грудной возглас: “Ооо… О-о…”.

Она снова навалилась на мою грудь, уперевшись в неё руками, а я смог освободить пальцы из её мокрых капканчиков под малюсенькими трусиками. И обхватив ладонями её голову под острыми ушками, что торчали в разные стороны, тихо произнёс, игнорируя её последний вопрос: “Поцелуй…”.

“Что…?”, – она не сразу поняла, что я сказал. Глаза её были полуприкрыты, зрачки подрагивали в попытке закатиться под верхние века, а губки ещё были сжаты буковкой “О”. “Поцелуй…”, – тихо повторил я. Лицо её было очень близко и мы чувствовали дыхание друг друга. “Да…”, – от неё лишь раздалось робкое подчинение, но она страстно прильнула ко мне, сжимая мою голову в своих объятиях. Как же она была горяча, а эти мягкие губы, полные вкуса корицы и кокоса, были неописуемы. Я таял в ней, растворяясь в её тепле. Но она была заведена и её напор тела, которое с силой терлось об моё, напитывало меня энергией. И она никак не хотела останавливаться, так что её страсть исчезла, лишь вместе с ней самой, когда её время вышло. Мои руки, сжимающие её тело, провалились сквозь черный дым, что резко втянулся в мне.