Сообщество живых теней. Книга вторая. Джокер

Любой предмет, найденный при Джейсоне, тут же привел бы к его неминуемой гибели.

Майкл Джефферсон, то есть, Алексей Воскобойников, тяжко вздохнул, развел руками, и так же, как и Грэг стал задумчиво расхаживать по гаражу, стараясь мысленно представить себе дальнейший ход стремительно развивающихся и не предсказуемых в будущем событий. Оставалось только терпеливо ждать, и надеяться, что опытный профессионал, полковник Коллинз достойно сыграет эту сложную партию, и выйдет из нее победителем.

Вся команда генерала Адамса, собравшаяся в этот момент в малоприметном гараже, также искренне рассчитывала в сердцах на удачный исход крайне рискованной операции.

Незаметно стало смеркаться. В небе появились первые звезды. В окнах многих домов вокруг зажегся свет. Поток двигающихся из Лондона автомобилей стал увеличиваться с каждой минутой. Люди торопились занять места в ресторанах, пабах и бильярдных залах спокойного и тихого поселения. Уортинг погружался в ночную жизнь.

На город снова медленно опускался туман, но его пока небольшая плотность позволяла задействованным в операции сотрудникам особого отдела вести полноценное и скрытное наблюдение за зданием, где в эту минуту рисковал своей собственной жизнью полковник Коллинз.

Сразу же после того, как Харрис покинул здание, Тан со свойственной ему дотошностью, снова тщательно обыскал Джейсона, а затем позвав двоих своих людей, заставил их раздеть пленника догола. Как и предполагал Грэг, его лучшего агента прощупали миллиметр за миллиметром, вплоть до ногтей, не оставив практически ни одного не обследованного на его теле шрама, волоска и даже самого мелкого пятнышка.

Когда осмотр был закончен, Тан приказал помощникам одеть полковника снова, и посадить его в кресло. Как только они застегнули на его рубашке последнюю пуговицу, и подобострастно низко поклонились своему боссу, он велел им покинуть помещение. Едва за ними захлопнулась дверь, он сел напротив Джейсона, вновь осторожно поднял ему двумя пальцами веки, и всмотрелся внимательно в его сузившиеся зрачки.

– И так, господин Коллинз, – начал он свою беседу, спокойным и размеренным голосом, – я вижу, что ваше общее состояние уже удовлетворительное, и вы можете, наконец, говорить со мной. У меня к вам несколько простых вопросов, на которые мне нужны такие же простые ответы. От того, как вы на них ответите, будет напрямую зависеть ваша жизнь.