Имам Шамиль. Том второй. Огненная тропа

Но любовь к семье, к Ураде, к Дагестану, верность Имаму Шамилю – требовали, чтобы он отказался от всего, и гнал своего коня навстречу судьбе. Уо! Его поединок с судьбой продолжался и он, – обязан был его выдержать с честью.

* * *

Впереди показалась дубовая роща. Тропа, уползавшая серой гюрзой в дымчатый полумрак; на резной листве – утренние золотые розбрызги света, переливчатый щебет птиц, изумрудные своды аркад и тусклая латунь узловатых ветвей…

Конь, как будто сам, зная, что ему делать, бодрым скоком свернул с обочины на пустынную тропу.

Гобзало с неизъяснимой тревогой подумал о своём летучем отряде, оставленном у подножия Килатля; об Одноглазом Магомеде подумал, об Али, о мрачном великане Гуле подумал…Когда среди лесных придыханий и шёпотов, перекличек птиц, – послышался нарастающий лошадиный топот, обрывки голосов и приглушенный звяк стремян и уздечек.

Гобзало на мгновенье сузил свои чёрные глаза, обрамлённые усталыми морщинами. Хищный фиолетовый отсвет вспыхнул в зрачках. Позади, меж стволов промелькнули две тени, потом ещё пять или семь, прильнувшие к гривам летевших коней.

Вместо того, чтобы укрыться в зелёном подлеске и переждать, Гобзало быстрым привычным движением выхватил из медвежьего чехла карабин, и поворотив коня, направил того прямо на своих преследователей.

Волла-ги! Теперь он видел их хорошо, – чёртова дюжина, всё при оружии, быстрые, словно ветер. То, что это были свои – гидатлинцы, у мюршида сомнений не было. Покрой одежды, папахи, сбруи коней, амуниция – говорили сами за себя, как шкура и окрас зверя.

Дело в другом! Друзья или враги?

Уо! Гобзало прекрасно знал, что после предательства наибов, он как голубь в когтях ястреба, рисковал жизнью…Кебед-Мухаммад из Телетля, другие вожди и наибы, перешедшие на сторону русских объявили всем жителям Дагестана, под угрозой жестокой казни, не принимать и не потворствовать приспешникам Шамиля. Знал Гобзало и другое: жители селений, взявшие сторону изменников, могли в любую минуту потребовать его выдачи или даже убить.

Хо! Покуда он находился под защитой своего джамаата, враги не могли открыто напасть на него, но теперь, в горах…один Создатель знал, что его ждёт…

* * *

Грозно предупредила о себе винтовка мюршида. Умышленно посланный чуть выше голов свинец, злобно визжа, оббивая листья и сучья, вгрызся в ребристый ствол векового дуба, осыпав колючим крошевом всадников.

…Мчавшиеся сзади наскочили на передовых, смешали ряды, закружились на узкой тропе.