Улица милосердия

Гэри был крупным мужчиной с хорошей устойчивостью к алкоголю, а пиво, которое он предпочитал, было дешевым и слабеньким, – он мог уничтожить пол-ящика безо всякого видимого эффекта. Распознать опьянение человека, который практически всегда молчал, было непросто.

Она не хотела целовать его и уж тем более не хотела чувствовать у себя во рту его холодный мощный язык, но он, казалось, этого не заметил.

– Я так давно хотел это сделать, – сказал он.

ЧЕРЕЗ МНОГО ЛЕТ КЛАУДИЯ РАССКАЖЕТ О ТОМ ПОЦЕЛУЕ своему психотерапевту, но тогда она промолчала.

Она ничего не сказала даже Джастин, она все еще помнила их разговор о мотоцикле («Ты что, его трогала?»). Она боялась, что Джастин может решить, будто она сама во всем виновата, что это она подала Гэри неправильный сигнал, а может, так оно и было.

Разумеется, она ничего не сказала матери. Не пришлось. Когда она вернулась из школы на следующий день, мотоциклов Гэри уже не было.

– Я вышвырнула его, – невозмутимо сказала Деб. По вторникам у нее был выходной, и она смотрела «Колесо фортуны», лежа на диване с грелкой под поясницей.

 – С меня хватит.

«Чего хватит?» – не спросила Клаудия. Ее щеки вспыхнули так, словно ее поймали на лжи.

Повисла долгая тишина.

– Он приехал за мной в школу, – сказала она наконец. Слова давались с трудом. – Мы поехали покататься.

Ей не нужно было ничего говорить. По лицу матери она поняла, что Деб уже все знала.

Возникла очередная пауза, они обе молча таращились в экран телевизора. Пэт Саджак объявил рекламную паузу, какие-то буйные дети хором запели о каких-то витаминах.

Казалось, этот ролик никогда не кончится. Даже будучи ребенком, Клаудия ненавидела звуки детского пения.

– Ему не следовало этого делать, – сказала Деб.

Клаудия ждала, что мать еще что-то скажет, но та молчала. Деб потянулась за пультом и принялась переключать каналы.

– Теперь его нет, – сказала она. – Больше он тебя не побеспокоит.

А ВОТ ЕЩЕ ОДНА, ПОСЛЕДНЯЯ ДЕТАЛЬ О ГЭРИ КЕЙНЕ. О ней Клаудия не очень любит вспоминать.

Когда он целовал ее на парковке «Амвея», одновременно с этим он прижимал ее левую руку к своему паху.

Момент был неловкий. Все свои познания о мужской анатомии она получила из подмывания маленьких приемышей, и это никак не подготовило ее к тому, что под ширинкой Гэри ощущалось как сжатый кулак. В те пару секунд она думала о собаке Джастин Даффи, у которой между лопаток быстро разрасталась опухоль, которая в конце концов должна была ее убить.