Непостижимая Миссури

И вот, осторожно покинув спальню и стараясь не разбудить жену, Берри спустился на первый этаж, мысленно усмехаясь тому, как аккуратно закрывал дверь спальни, пока его жена спала. Ведь ее не разбудили вопли этой ненормальной, прыгающей там, на дворе, так с чего он взял, что какой-то скрип двери сделает то, что не сделали посторонние крики?

Но вот и входная дверь. Берри шагнул к ней и пару секунд провозился с замком, после чего, распахнув дверь, вышел на крыльцо и замер в удивлении.

Улица была пуста. Ни намека на то, что всего минуту назад здесь находилась девушка по имени Миссури Лэнг.

Тихая улица, укутанная ночной темнотой, да свет фонарей вдоль дороги, вот и все, что увидел Фред, пока переминался с ноги на ногу в домашних тапочках.

– Не понял? – произнес он и даже спустился ниже на несколько ступеней, но ничего не изменилось. Девушка не выскочила из темноты и не продолжила горланить свои песни. Лица была пуста. Тогда мужчина попросту протер глаза руками и вздохнул.

«Неужели, приснилось?» – подумал про себя.

Нет! Он же не мог настолько устать, что ему уже мерещится всякое…

Для приличия Берри снова окинул взглядом двор, подмечая все и понимая, что не видит ее.

– Кажется, кто-то переработал, – пробормотал мужчина вслух и вернулся в дом. Тяжело поднялся по ступеням, вошел в спальню и снова лег, придвинувшись спиной к теплому телу жены.

«Вот же приснится такое!» – сказал он себе и закрыл глаза. Но едва задремал, как снова был разбужен нестройным пением и раздражающими ударами в тазик.

Резко открыв глаза, Берри сел и повернул голову в сторону окна, морщась так, словно выпил залпом стакан свежевыжатого лимонного сока. На этот раз его жена пошевелилась, но, вопреки ожиданиям мужчины, не проснулась, а только перевернулась на спину и, раскинув руки в стороны, захрапела еще громче.

Берри выругался и встал. Надел тапочки и бросился к окну и едва не заскрежетал от ярости зубами.

Она была там! На газоне! С этим треклятым тазиком и пела противно-противно, чуть подвывая, как голодный койот на луну.

– Аааа! – застонал Фред и ринулся из спальни, уже не утруждая себя тем, чтобы тихо закрыть двери. Топая, словно табун диких лошадей и уже не заботясь о сне супруги, он сбежал вниз и, снова провозившись с замком, вырвался на крыльцо, тяжело дыша и шаря возбужденным взглядом по двору.

Никого. Словно и не было здесь доставучей девчонки с ее отвратительным тазиком и не менее отвратительным голосом.