Гамлет. Король Лир. Макбет. Перевод Юрия Лифшица

ГИЛЬДЕНСТЕРН. Однако был при этом суховат.

КОРОЛЕВА. Быть может, он желает поразвлечься?

РОЗЕНКРАНЦ. Об этом-то, сударыня, и речь.

Случилось так, что по дороге к вам

Нагнали мы актеров. Их приезд,

По-моему, обрадовал милорда.

Он, как я понял, приказал актерам

Играть сегодня пьесу для него.

ПОЛОНИЙ. Я подтверждаю; более того,

Он просит короля и королеву

Послушать представление.

КОРОЛЬ. Охотно!

За Гамлета мы рады, если в нем

Вновь пробудились склонности к искусству.

Усердней раздувайте, господа,

Его порыв к подобным наслажденьям.

РОЗЕНКРАНЦ. Мы сделаем, что можем, государь.

(РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН уходят.)

КОРОЛЬ. И ты, Гертруда милая, ступай.

Здесь будет принц с минуты на минуту.

И на него здесь якобы случайно

Офелия, гуляя, набредет.

А из укрытья мы с ее отцом —

Заправские шпионы-невидимки —

Увидим все. И по тому, как принц

С ней будет говорить, определим:

Любовью или, может, не любовью

Страдает он.

КОРОЛЕВА. Не стану вам мешать.

И если сын мой болен из-за вас,

То это было б счастьем, дорогая.

Вы, с вашей добродетелью, надеюсь,

Вернете принцу прежний образ жизни,

На радость вам двоим.

ОФЕЛИЯ. О, хорошо бы!

(КОРОЛЕВА уходит.)

ПОЛОНИЙ. Сюда прошу покорно, государь.

Офелия, прогуливайся здесь.

Вот книга. Сделай вид, что зачиталась

И никого не ждешь. Так поступать

Нечестно, дочь моя, но что поделать!

Прикинувшись святошею, и черта

Смиренною личиной улестишь.

КОРОЛЬ (в сторону). О, до чего же этот дьявол прав!

Напудренные щеки потаскухи

Белее, чем деяния мои,

Осыпанные лживой болтовней.

О, тяжек крест!

ПОЛОНИЙ. А вот и наш больной.

(КОРОЛЬ и ПОЛОНИЙ уходят.)

Входит ГАМЛЕТ.

ГАМЛЕТ. Вопрос вопросов: быть или не быть?

Что благородней – славить провиденье

И подставлять его ударам грудь

Иль бой принять: шагнуть во всеоружье

В пучину зла? Уснуть навек.

И кончено. Поверить, что, уснув,

Избудешь сотни мук души и тела?

Да разве можно благом не считать

Финал такой? Уснуть. Навек уснуть.

И, значит, видеть сны? Вот где барьер!

Сомненье в том, что, сбросив путы жизни,

Мы будем сны загробные смотреть,

Удерживает нас на этом свете,

Пожизненные беды нам сулит.